Соавторы

Вообще-то Настя пришла выяснять вовсе не подробности смерти Нестерова, дело давно приостановлено, и никаких новых решений следствие по нему не принимало.

- Нет, Светлана, я не занимаюсь причиной гибели вашего мужа, - сказала она. - Но с его смертью связано еще несколько преступлений, которыми я как раз и занимаюсь сейчас.

- Вы говорите не правду. Мне, конечно, все равно, что вы там пытаетесь раскрыть и кого найти, но мне неприятно, когда меня обманывают.

Вот и приехали. С чего это Светлана Нестерова решила, что Настя ее обманывает?

- Вы сказали, что закрыли дело, а сами продолжаете копаться в нем, все выведываете, выспрашиваете, потихоньку, за моей спиной… Как же вам не стыдно?!

- Погодите, Светлана, - мягко прервала ее Настя, - кто это ""вы""? Мы с вами встречаемся впервые, я ничего вам не говорила о том, что дело закрыто…

- Ну, не вы, а следователь.

Какая разница? Вы все из одной конторы. Милиция, - в ее голосе зазвучало нескрываемое презрение.

Н-да, не любит народ органы внутренних дел.

Печально, но факт. Но любопытно, что она имела в виду, когда сказала, что по делу продолжается работа? Никто никакой работы после приостановления дела не вел, Настя это выясняла. Конечно, по приостановленному делу сыщики все равно должны продолжать работу, но это делается от случая к случаю и в основном тогда, когда неожиданно появляются какие-то зацепки в ходе работы по другим делам. В деле же о самоубийстве журналиста Нестерова никаких подвижек не было, и все оставалось в том же состоянии, в каком и было на момент приостановления следствия. "

"- Следователь - это не милиция, а органы юстиции, и конторы у нас разные, - спокойно объяснила Настя. - А сыщики должны работать до тех пор, пока не будет полной ясности. Мне жаль, если кто-то из них был неделикатным и доставил вам неприятные минуты.

Нестерова слегка смутилась. По-видимому, поняла, что переборщила с претензиями.

- Ну… я не хотела сказать, что он был неделикатным.

Просто…

Так, понятно. Николай, или как там его зовут на самом деле, был у Светланы, представился оперативником и сказал, что продолжает раскрывать тайну смерти журналиста.

Интересно, какие документы он показывал Нестеровой, и показывал ли их вообще? Значит, легенду он выбрал милицейскую, а не романтическую.

- Вы говорите о Николае? - как можно увереннее спросила Настя. - Или к вам приходил другой сотрудник?

- О Николае, о ком же еще.

И снова Насте показалось, что Нестерова как-то напряжена.