Соавторы

- Слушаю вас, Артем Андреевич, - безразлично произнесла она.

Никакие выговоры ей не страшны в принципе, а сейчас, когда она так устала, в особенности.

- Я хочу попросить вас приехать и допросить Сафронова. Поручение я уже написал. Его примерно через полчаса привезут.

- Кого привезут? Поручение?

- Нет, - ей показалось, что Герасимчук слегка улыбнулся, - Сафронова привезут. Я вынес постановление о задержании, но я хочу, чтобы его допрашивали вы.

- Но почему я?

- Анастасия Павловна, я - человек трезвый, если вы успели заметить.

На допросе речь пойдет о вещах, мягко говоря, достаточно интимных. Сафронов значительно старше меня, и я боюсь, что разговора у нас с ним не получится. Вы меня понимаете?

Она понимала. Маленький следователь Тема боится, что Сафронов не сможет не просто опровергать обвинения, а вообще говорить на тему своего сексуального опыта, приобретенного в несовершеннолетнем возрасте со взрослой женщиной. Он слова из себя выдавить не сможет, если с ним будет разговаривать этот красивенький мальчик, который, если снять с него китель с погонами, как раз и выглядит пятнадцатилетним подростком.

Сафронову тридцать восемь лет, он - взрослый и давно состоявшийся мужчина, и не станет он ни о чем говорить с пацаном. Но каков Артем Андреевич, а? Мужества и самокритичности ему не занимать. В интересах дела он готов забыть о самолюбии и собственных комплексах. Если не сломается, станет настоящим следователем-волкодавом.

- Да, я понимаю. Вы правы, Артем Андреевич. Но разве некому больше допросить его?

- Все оперативники, работающие по делу, младше тридцати лет. Ничего не получится.

- А что, других оперативников, постарше, в московской милиции нет? И следователей тоже? Вы один на белом свете остались? - Она начала сердиться. - Артем Андреевич, я вчера вообще спать не ложилась, меня в двенадцать ночи вызвали на убийство, и я только сейчас возвращаюсь домой. Я никакая, вы это можете понять?"

"- Могу, - охотно согласился маленький Герасимчук.

- Но я хотел бы, чтобы и вы поняли меня. Сафронова нужно не просто допросить по факту, его нужно колоть, мы его подозреваем в убийстве. Допросить по факту может кто угодно, раскалывать может только человек, полностью владеющий материалами дела. То есть вы. Все остальные - значительно моложе.

- Вы хотите сказать, что я - глубокая старуха? - усмехнулась Настя.