Соавторы

Сто лет назад! Вы можете себе представить?

- Не могу, - буркнул Юра. - У них, наверное, воду не отключали каждый год на два месяца, как у нас.

- А водой дом снабжался из артезианского колодца, а не из городской системы, - продолжал Селуянов.

- Ага, и хлорки и ржавчины не было, как сейчас.

Ирка через день ванну надраивает, от воды стенки уже оранжевые.

- Коротков, перестань бухтеть, - попросила Настя. - Да, признаю, я испортила тебе выходной…

- Первый за два месяца, - вставил он.

- Ну и что, ты меня теперь будешь ненавидеть за это всю оставшуюся жизнь? Я же не считаю, сколько выходных ты мне испортил, когда передал на контроль дело Щеткиной.

Хотя мог бы передать любому другому сотруднику."

"- Ребята, кончайте цапаться, а? - попросил Селуянов. - Лучше послушайте. В этом доме жил один очень известный доктор, Савва Никитич Богданов. Он знаете чем прославился? Мастерски штопал разбившихся жокеев. И все крупные ипподромные деятели, в особенности имевшие собственные конюшни, на руках его носили и пылинки сдували.

А потом эстафету принял его сынок, Борис Саввич, и в этот дом сам Лаврентий Палыч Берия, случалось, захаживал, потому как большим был любителем бегов. Так что место, можно сказать, историческое.

А уж сын Бориса Саввича вообще прославился на всю страну, он книжки писал про разных пламенных борцов, и все мы эти книжки в школьные годы читали. Серия ""Факел"", помните?

- Не помню, - огрызнулся все еще дувшийся Короткой.

- Ну, с тебя какой спрос, ты вообще за всю жизнь две с половиной книжки прочитал, из которых одна - букварь, а вторая - Уголовный кодекс.

А ты-то, Настюха, неужели тоже не помнишь?

- Помню, - усмехнулась Настя, - Везунчик ты, Коленька.

- Это почему?

- Да потому, что мы как раз к этому Богданову и едем. Так что осуществится твоя заветная мечта, и ты собственными ногами пройдешь по половицам, по которым ступала нога Берии.

- Иди ты! - восхитился Селуянов. - Вот это удача.

Погоди, а Богданов-то разве жив?

- Да пока вроде жив, правда, полчаса назад к нему ""Скорую"" вызывали, но будем надеяться…

- Я не в том смысле, - перебил ее Селуянов.

- Я думал, он умер давно. Книжек новых лет пятнадцать не появляется. Ему уже лет до фига должно быть.

- Нет, не до фига, гораздо меньше, - улыбнулась она. - Всего семьдесят два, если я не ошибаюсь. Совсем пацан.

- Так это его хотели убить, но не убили?

- Нет, Коля, убили его домработницу. Коротков, ты все еще злишься или уже можешь слушать?

- Ладно, рассказывай, - смилостивился Юра.