Единственная, или Семь невест принца Эндрю

Но мелодия, которая заполнила сцену и поляну со зрителями, ничего общего с дарлитским лязганьем не имела. Это были нежные, чистые, кристальные звуки. Так журчит горный ручей. Глаша сразу узнала инструменты: фортепиано и скрипка. И саму мелодию узнала. Эта была земная музыка, одна из любимых Глашиных композиций: «Обещание» ирландско-норвежского дуэта «Secret Garden».

Но откуда? Ответ нашёлся быстро. Глаша догадалась, кто устроил влюблённым такой романтический сюрприз – Крайс. Он выискал на плеере самую красивую мелодию и дал задание местным специалистам, которые сконструировали зарядное устройство, соорудить ещё и усилитель.

Музыка лилась и лилась. И Сильвий с Зурим танцевали. Это была полная импровизация. Принц просто кружил свою партнёршу, нежно прижав к груди. Глаша видела, что он что-то шепчет ей на ухо. И щёки подруги становились всё розовее и розовее.

Глафира стояла и глупо улыбалась во весь рот. Радость за Зурим захлёстывала."

"Мелодия закончилась.

Дальше по сценарию Золушке нужно было удирать с бала и терять туфельку. Но Сильвий не дал. Просто поднял Зурим на руки и вынес со сцены. Публика взорвалась овациями. Зрителям хватило эмоций и без потерянной туфли.

– Это успех, – глубокомысленно изрёк Крампий, наблюдавший весь спектакль из-за кулис и сильно переживавший за актрис.

Глаше, Агнессе и Киприс пришлось выйти к зрителям втроём. Сильвий и Зурим исчезли в неизвестном направлении, и Сапфиры уже тоже след простыл. Овации не смолкали минут пять. Чуть ли не громче всех аплодировал подставной принц Эндрю. Он вышел на сцену и вручил всем актрисам по букету цветов. При этом, многозначительно подмигнув Киприс, шепнул, что её игра его покорила.

– Сражён глубиной вашего актёрского таланта, – вгоняя профессоршу в краску, заявил он. – Про лютых волков – это было сильно.

А вот настоящий принц Эндрю уже покинул зрительный зал. Глаша искала его глазами, но не находила. Наверно, пошёл готовиться к церемонии, которая должна была начаться через два часа. Сердце снова мятежно забилось в груди от предвкушения чего-то прекрасного, захватывающего и волнующего.