Единственная, или Семь невест принца Эндрю

А теперь перейдём к делу.

Крайс подошёл к столу и раздал девушкам по листку бумаги."

"– Схема дворцовых покоев и придворцовой территории, – пояснил он. – Чтобы вам легче было ориентироваться.

Глаша с интересом уставилась на рисунок. Если голубым цветом здесь, как и на Земле, обозначают водоёмы, то выходило, что дворец расположен на берегу моря. Замечательное открытие! Какая погода стоит за окном, Глафира пока понятия не имела, но если в Дарлите сейчас лето, то, вероятно, будет возможность поплавать и позагорать.

– С обратной стороны – распорядок дня, – продолжил Крайс.

А вот эта новость насторожила. Глаша перевернула листок, и первое что бросилось в глаза: 9.00 – зарядка. Не то чтобы Глафира не любила спорт. Она с удовольствием ходила с подругами на каток и даже однажды целый месяц регулярно посещала тренажёрный зал, чтобы не пропал подаренный на день рождения всё теми же подругами абонемент. Но Глаше не нравилась обязаловка – сам факт, что день, начиная с зарядки, был расписан по минутам, как в армии.

Судя по хмыканью, прокатившемуся по столовой, остальные претендентки уже тоже пробежали глазами расписание и не всеми пунктами остались довольны.

– Не забывайте, в договоре был раздел о том, что обязуетесь следовать распорядку, – напомнил Крайс и развернулся, чтобы выйти из обеденного зала.

– Можно вопрос? – вежливо остановила его Агнесса. – Тут написано: 12.00–14.00 – подготовка к первому конкурсу. А какой будет первый конкурс?

Крайс вернулся к столу и одарил девушек обезоруживающей улыбкой.

– Традиционно первый конкурс – это испытание на ловкость.

Агнесса просияла. Лица же остальных девушек выражали мало энтузиазма. У Киприс от досады даже макияж сполз куда-то вбок, лишив лицо аристократизма и вернув ему его первозданный «лошадиный» вид.

– Скачки на зебрах, – добил профессоршу алхимии Крайс.

Затем вежливо попрощался и вышел из обеденного зала.

Что ж, замечательный конкурс, чтобы его провалить. Глаша имела, правда, небольшой опыт катания на лошадях.

– Я же говорила, – торжествующе произнесла Агнесса, как только за хромейстером закрылась дверь.