Единственная, или Семь невест принца Эндрю

Эти неспешные движения вызывали дурманящий туман в голове. Как тут соображать? Как тут не согласиться хоть на маленькое одолжение, хоть на огромное.

– Хотел организовать для тебя экскурсию в шахту, где добывают самосветящиеся минералы. Там так красиво – дух захватывает. Нужно только твоё согласие.

У Глаши и без самосветящихся минералов давно дыхание перехватило. Крайс смотрел на неё серьёзно. Зрачки расширены. Знала она уже этот взгляд, и что за ним может последовать. Крайс обхватил рукой плечо. Оно целиком поместилось в его горячей ладони.

Потом такой же жар Глаша ощутила на втором плече. Ещё пару секунд Крайс смотрел, прожигая насквозь, лишая воли к сопротивлению. А потом порывисто притянул к себе и впился в губы требовательным поцелуем.

Глаша сдалась этому напору, этим пьянящим чувствам. Разве им можно противостоять? Зарылась руками в волосы Крайса, и тот напрягся ещё больше, ещё теснее прижал к себе. Она ощущала, как пульсирует его упругое тело, и поддавалась его натиску, окончательно теряя контроль над собой.

Туман в голове становился всё гуще.

Крайс чувствовал, что ему чем дальше, тем больше сносило крышу. Сам поражался своей реакции на робкие ласки Глаши. Каждое её нежное прикосновение разрядом тока растекалось по коже. Его принцесса сводила его с ума. Острое чувство, название которому он не знал, завладело им полностью. Он отстранился на секунду только лишь для того, чтобы увидеть ещё раз сумасшедший огонь в её глазах, и снова завладел её губами.

Глаше казалось, время остановилось и это сумасшествие будет продолжаться вечно.

Но вот это слово «вечно», промелькнувшее в мыслях, неожиданно развеяло туман. Холодное осознание, что никакого «вечно» не существует, а есть только в лучшем случае неделя с небольшим, стальной иглой впилось в мозг. Глафира попыталась отстраниться. Крайс не хотел выпускать. Жёг губы мучительно сладким поцелуем, но у Глаши хватило сил отпрянуть, чтобы остудить ледяной фразой:

– Нам надо остановиться.

Сделала несколько вдохов, чтобы успокоиться, и продолжила, стараясь, чтобы слова звучали рассудительно:

– Через несколько дней придётся расстаться.

Мы только делаем себе больнее.

Крайс ослабил объятия, позволяя ей встать. Глаша стремительно направилась к двери. Он шёл следом.

– Так что насчёт экскурсии? – остановил вопросом.

– Мы только делаем себе больнее, – повторила она, открывая дверь.

Он резко развернул Глафиру к себе лицом."

"– Я тебя не отпущу, – сказал мягко, будоражащим шёпотом, но слова прозвучали как угроза.