Единственная для вампиров Де-Норд

— Куда, — пробормотал Андор и вернул меня на место.

— Ты меня давишь! Мне дышать нечем! — шипела я, пытаясь выпутаться из тканевого плена.

— Ну разве что немного.

Только на ощупь, он размотал мои путы и забросив меня себе на грудь, укрыл нас двоих, ставя, или если быть точной — укладывая меня в неловкое положение.

Мужчина сразу же погрузился в сон, а я лежала каменной плитой на его груди. Черт, смешно, с условием того, что он вампир, а я вроде как окаменела от ужаса.

— Слушай сюда, крошка. Если ты сейчас же не обнимешь меня, у нас могут быть огромные проблемы, потому что твоя кровь усваивается в моем организме, и я впадаю в бешенство каждый раз, когда ты меня отталкиваешь или нервничаешь в моем присутствии.

— Ты вроде как выразил свою точку зрения на мой счет еще в первые пару минут знакомства, — я подняла голову встречаясь в пугающими глазами, чтобы видеть своего врага, который вновь провоцировал меня на словесную перепалку.

— Это не меняет того факта, что ты моя еда.

— Что-то твои объятия не очень походят на любовь человека к запечённому гусю, например.

— Это потому что я не человек, — гневно пялясь прошипел он свозь зубы. — Поэтому заткнись и помолчи хоть минуту, дай мне поспать, меня от тебя пьянит.

— Что?

— О, боги, — взмолился он, закатывая глаза. — Я тебя попробовал, организм привыкает к усвоению твоей крови. Сейчас мне хреново, особенно когда ты дергаешься, мне необходимо сейчас чтобы ты, не прекращающая болтать саранча, была как можно ближе и ласковей. Будь добра, обними меня и заткнись.

"— Будь добр — иди в задницу, — не желая сдаваться ответила я, пытаясь слезть с него в очередной раз.

— Укушу!

— Напьюсь вербены!

Мужчина скривился, все еще не давая мне с себя сползти, и резко перевернулся, накрывая своим крепким телом. Это было как-то… интимно. Я даже замерла на мгновение, замечая, как скользнул мужской взгляд к моим ключицам и выше, у губам. Теплое дыхание согрело кожу, и я невольно вдохнула, размыкая губы.

— Ты должна усвоить одно правило, Кэтрин.

— Какие… игры…

— Женские. Меня не трогает твоя грудь, — и словно в опровержение своим словам, взглянул именно на нее. — Не возбуждают твои губы, они не кажутся мне красивыми, как и ты в целом. Я просто буду тобой питаться и хочу, чтобы ты это запомнила.

— Тогда к чему эти обнимашки?

— Я просто… сейчас мне это очень нужно. Так происходит привязка, и если ты наконец не успокоишься, я тебе обещаю, я ее завершу прямо сейчас.