Единственная для вампиров Де-Норд

Он привел меня к высоким дверям, которые открылись, пропуская нас внутрь небольшого зала, заполненного скамейками, на которых теснились люди сжимая в руках вилы и копья, явно готовые обороняться или нападать.

— Доброго дня, господа, — удивленно сказала я, следуя к постаменту в конце зала, у которого стояли все Де-Норды пыша величественностью, под которой я ощущала нервозность.

Глава 54. Уберите вилы

— Живая…живая… — пронесся шепоток по залу, и я невольно удивленно приподняла бровь.

Конечно живая! Мои вампиры достанут меня с того света, если со мной что-нибудь случится!

— Наша таали, Кэтрин, — Эрик галантно протянул руку, приглашая меня встать рядом с ним и остановившись, я обвила взглядом зал.

— С какой целью вы пришли, уважаемые господа?"

"На мой вопрос поднялся здоровенный мужик, сжимающий в крупной кисти черенок вил, и нервно, но грозно стреляя блеклыми глазами, на отечном лице, сказал:

— Мы пришли требовать выдать нам вампира Сая Маро! Убийцу и труса!

— Слишком резко, — остановила я его, и покачала пальцем в воздухе, заставляя всех удивленно и задумчиво промолчать.

— Рангон. Рангон Серый меня зовут. Я староста города Херстен, что у крепости Терсенваль, принадлежащий убийце Маро!

— И вновь торопитесь, уважаемый Рангон. Преступление не доказано, покуда нет свидетелей и доказательств.

Мужик передернул плечами, но упрямый взгляд испепелял меня и не будь рядом Де-Нордов, я уверена, он бы просто отдернул меня на землю, не желая слушать какую-то девку.

От моего «уважаемый» староста кривился, как от унизительного плевка в лицо, но рычать не решался, все еще криво глядя на вампиров за моей спиной, которым по плечу было бы вырезать всю эту труппу циркачей, и зарыть остатки их тел на заднем дворе, под размашистым дубом.

— Две девушки погибли от его рук! А этот подлец сбежал, не желая даже матерям в глаза посмотреть!

— Пока я слышу все те же обвинения, — перебила я. — Ни единого доказательства, только домыслы.

— Есть трупы! — взвизгнула какая-то женщина, и тут же спряталась за мужчину, который выпялил грудь, закрывая свою женщину.

— Это доказательство кончины, а не убийства.