Единственная

Пустым голосом объявила себе:

– И в горе, и в радости… до конца.

– За дерево, быстро! – проревел Джар, кидаясь с ножом под брюхо высоко прыгнувшего на нас хищника.

Они не успели столкнуться, знакомый зеленый пульсар превратил фиолетового манука в характерное пятно на ближайшем дереве. Высоченная «секвойя» глухо крякнула, надломилась и медленно рухнула, взметнув пыль, листья и подняв шум-гам… А я, не шелохнувшись, следила за Джаром, моим якорем в очередном кошмаре. Он быстро подошел и осторожно убрал пряди волос с моего лица:

– С тобой все в порядке?

Я потеряла дар речи и смотрела в смуглое, такое родное лицо самого необходимого в мире мужчины, смотрела… смотрела… тщетно пытаясь выдавить из себя хоть слово.

– Да… наверное… – наконец просипела я, отметив его странный черный взгляд.

– Повезло вам на встречу, – рядом появился Илэр, оценил обстановку, трупы зверей, потом сочувственно посмотрел на нас и признался: – Я все видел, но слишком далеко был в тот момент, когда на вас напала первая тварь. Хорошо, что Таяна испугалась и сорвалась, иначе бы вас обоих сожрали.

Продолжая смотреть мне в глаза и гладить по щеке, Джар прохрипел:

– Как ты решилась?

Из плотного кольца охватившего меня оцепенения прорвалось мое недоумение:

– Ты же приказал мне отвлечь внимание?! Я отвлекла.

– Так беспрекословно веришь мне? – потрясенно выдохнул Джар. – Не сомневаешься в моих силах?

Странный он какой-то, чудной, видимо, переволновался. Вздохнула и ответила честно:

– Раздумывать было некогда. Ты велел – я сделала.

– Она побежала по твоему приказу? – голос Илэра выдал крайнее изумление.

– Подобного доверия в командах добиваются годами, – с горечью процедил Джар, – а ты поверила сразу.

– Мне немного холодно, – я зябко поежилась, обняв себя руками.

– Это откат, – озабоченно кивнул опекун. – Идем в лагерь.

– А мясо тут бросим? – удивился Илэр. – Его же зверье мигом растащит.

Джар сам зверем посмотрел на друга, а я не могла не содрогнуться:

– Эти мануки разумными питаются, а мы их мясо будем есть?

Мой довод на Илэра не подействовал, он искренне недоумевал:

– Вас же не съела? Значит, ничего страшного в этом мясе нет.