Единственная

Одобрительно отметила, что в сравнении с Джаром и высокой яркой ведущей я выглядела хрупкой и нежной. Отвечала на уверенные, порой резкие вопросы приглушенным мягким голосом, волей-неволей заставляя зрителей вслушиваться в мои слова, вникать в их смысл. Родители владели собственным бизнесом и мечтали видеть меня продолжателем семейного дела, поэтому премудростям, «как впарить все, что продаешь», я училась с детства. Вот и использовала знания себе на пользу.

– Родная, мне кажется, ты нагнала страху на жителей Ранта, – усмехнулся Джар, притягивая меня ближе к себе.

Рето, расположившийся с пьянящими ягодами шоши прямо на полу, заявил:

– Мне понравилось. Таяна сказала о том, о чем давно идут разговоры среди ученых, но те никак не решались высказаться публично. Зато теперь будут ссылаться на независимое мнение иномирянки. Они, конечно, согласны с тобой, но нельзя народ пугать.

– Я сказала от сердца, – буркнула я.

– Этот ролик крутят по всем каналам третьи сутки, – продолжил делиться новостями Рето. – Наши деловые умники используют тебя как триггер, чтобы расшевелить застоявшуюся воду – нашу общественность. И под это дело начнут вводить давно назревшие изменения в законы. Главное, попытаются изменить закостенелое мышление рантан.

– Главное, чтобы мне потом не отрикошетило, – уныло выдохнула я, виновато посмотрев на Джара.

– Ты была бесподобна, поверь, – широко улыбнулся он.

– Риа Лоша допрашивала меня два с лишним часа. А ее вопросы порой были совершенно бестактными и грубыми! – возмутилась я, хотя после сьемок прошла почти неделя.

Рето положил очередную пьяную ягоду в рот, напомнив мне о еще одной особенности рантов – спиртных напитков любой крепости здесь не делают. Медленно прожевал, сел ровнее и поднял палец вверх:

– Ты бы видела лица женщин, которые присутствовали на контрольном просмотре передачи.

– Как? – испугалась я. – Вроде прилично смотрела, ничего такого не демонстрировала…

Джар легкомысленно хмыкнул, счастливо обнял меня, привычно спрятав в своих руках. Рето, завистливо вздохнув, признался:

– Ты все время непроизвольно держала его в поле зрения.