Еда и патроны

– Вот Рупор – сучий потрох, припрятал трофей от начальства, – прошептал Стас, любуясь изящными обводами раритетного оружия.

Он снял с ремня убитого самодельную кожаную кобуру, мысленно посетовав на отсутствие оригинальной деревянной кобуры-приклада, расстегнул ее боковой карман и обнаружил там дополнительную обойму.

«Палить направо и налево из такого сокровища – просто кощунство. Ну, разве что на дуэли, – рассуждал Стас, поглаживая холодный металл. – Нет. Такие вещи должны висеть на стене рабочего кабинета зажравшегося промышленника или какого-нибудь ушлого торгаша, не меньше.

Печально вздохнув, он сунул маузер в кобуру, положил ее рядом и приступил к осмотру внутренних карманов телогрейки. Ничего ценного там не обнаружилось, если не считать металлической баночки с солью и булавки.

Закончив с досмотром трупов, Стас вернулся к телеге, прицепил на ремень ПБ и аккуратно рассовал всю мелочевку по карманам рюкзака, не забыв при этом удостовериться в целости своего личного инвентаря.

– Ну что за бляди? – выругался Стас, но вспомнил о маузере, запрятал его поглубже в рюкзак, и упавшее настроение снова пришло в норму.

В конце концов, пока можно было попользоваться и ложкой-вилкой плюгавого. Закончив со сборами, Стас забрался на телегу, тряхнул вожжами, и под жизнеутверждающее «Но!» гнедая кляча поплелась дальше.

Минут через сорок неспешного движения просека закончилась, как, собственно, и лес. Узкая тропа, поросшая травою, влилась в широкую дорогу, явно часто используемую.