Еда и патроны

– Да, кстати, – раздался позади приятный женский голос. – Мы открыты до восьми вечера.

«Вот стерва, – размышлял Стас, шагая вдоль стены. – И откуда только такие берутся? Бля, эта сучка что, думает, я к ней прибегу сейчас? Нашла еблана из деревни. Хе, сто шестьдесят. Вот ведь курва. И уперлась-то как! Знает, сука, что раз я к ней с товаром пришел, стало быть, в город меня не пускают. Чертова баба. Кто ей вообще к оружию разрешил прикасаться? Блядь! Почему все кругом занимаются не своим делом? Шла бы лучше на ферму коров за титьки дергать, там больше пользы принесла бы.

Так, размышляя о тенденциях развития послевоенного общества, Стас добрался до небольшого лесочка, за которым, по его расчетам, должны были начинаться окрестности улицы Жданова. Здесь западный район заканчивался, дома тянулись от ворот примерно на километр или полтора южнее. Тянулись-тянулись и останавливались как по команде. Дальше, судя по рассказам деда Григория, шла бесплатная земля.

Стас присел возле последнего забора, смотрящего на лес, снял рюкзак, достал все шесть коробок с автоматными патронами и, нежась в лучах лениво поднимающегося солнышка, занялся набивкой магазинов. Сто двадцать только что приобретенных «семерок» предстояло расфасовать по четырем давно опустевшим рожкам.

Он открыл первую коробку. Двадцать патронов, поставленных на донце, колыхнулись, приятно позвякивая. Стас вытащил из жилета рожок, взял из коробки патрон за красновато-желтую остроконечную пулю, перевернул его и с ласкающим слух мягким щелчком вдавил в магазин.

Это медитативное занятие помогло Стасу отогнать подальше раздражающие мысли о вредной стерве-оружейнице, а к концу последней коробки он и совсем от них избавился.