Джокер

С появлением Александра все внимание матери переключилось на него. Младший брат родился с синдромом Дауна. Он часто болел, и мать возила его по заграничным клиникам, по санаториям. Мы с Димой не стали ближе. Нас не объединило то самое детское одиночество, когда ищешь поддержки друг у друга, если родители слишком заняты. Мне иногда казалось, что он вообще мечтает, чтобы меня с Сашей никогда не было.

Но я все же его любила, несмотря ни на что, я переживала, если он сбегал по ночам. Нервничала, что с ним что-то случится, или что отец узнает о его выходках и выгонит из дома.

"

"С отцом у Димы были напряженные отношения. Они никогда не находили общий язык. И чем старше становился брат, тем хуже относился к нему отец. Впрочем, мой отец всегда был довольно сложным человеком, с которым справлялась только мать, которая во всем с ним соглашалась.

В ту ночь старший брат куда-то уехал, и мы с Сашенькой остались одни. Ему было тогда семь. Он был самым милым и ласковым ребенком на свете и обожал меня. Часто больные дети компенсируют свои физические недостатки в чем-то другом — Саша невероятно красиво рисовал, а еще… он компенсировал все своей безграничной любовью.

В нем не было ни капли агрессии. Он плакал, если на него повышали голос, он расстраивался, если видел, как плачет кто-то другой. Он любил все живое. Каждый листочек и каждого паучка.

Я рассказывала ему сказки по ночам, а он перебирал мои волосы. Он называл меня ""Мима"". Никто не знал, почему именно так, но его первым словом было именно мое имя.

Хотя все решили, что это своеобразное ""мама"", только потом Шурик все же назвал маму ""мама"", а я так и осталась Мимой. Он просто еще очень долго не мог выговорить букву ""р"" и букву ""л"".

""Моя Мима"" кричал младший брат, когда я возвращалась из школы, и обнимал меня за колени. А вот Диму он боялся. Всегда прятался от него в своей комнате. Старший брат называл ребенка гоблином и уродцем. Подшучивал над ним. Зло подшучивал. Мне не нравилось… а малыш чувствовал, что его не любят.

Старался не попадаться Димке на глаза. При родителях и при мне Митя себе этого не позволял, и я не сразу поняла, что он обижает Сашу. Младший брат рисовал страшных карликов, и когда я спрашивала, кто это — он показывал на себя. А потом я услышала, как Дима его так называет тихим вкрадчивым голосом: ""Ты — урод. Понимаешь? Ты просто тупой идиот, и тебя никто не любит. Ты — обуза"". Мы тогда сильно разругались.

Той страшной ночью я играла с Сашей в его любимую игру.