Дымная река

Общие собрания обычно проходили в Большом зале, где уже были расставлены стулья, обращенные к высившейся трибуне. В первом ряду сидели, глядя прямо перед собой, китайские купцы в официальных одеждах и шапках с шариками, означавшими их ранги; вдоль стены выстроились их переводчики и слуги.

Места рядом с китайской делегацией пустовали — первые два ряда отводились для членов Совета. Усевшись, Бахрам и его коллеги обратили внимание на председателя Уэтмора, о чем-то возбужденно говорившего с переводчиком Фироном. Оба выглядели усталыми и расстроенными, особенно Уэтмор — небритый, всклокоченный, он напрочь утратил свой всегдашний лоск.

— Боже мой, у них такой вид, будто всю ночь не спали, — сказал Дент.

Слейд скривил губы в сардонической усмешке:

— Возможно, Уэтмор стал давать уроки турецких услад.

Но тут объект его шпилек взошел на трибуну и взял в руку молоток, с первым ударом которого в зале воцарилась тишина.

— Господа, я признателен за ваш быстрый отклик на зов, — сказал мистер Уэтмор. — Поверьте, я бы не стал вас беспокоить, если б не серьезность вопроса, поднятого нашими коллегами из гильдии Ко-Хон, чьих представителей вы видите в зале.

— Да, сэр.

— Что ж, мы вас слушаем.

Переводчик положил стопку бумаг на пюпитр и стал читать:

— «Воззвание имперского комиссара, его превосходительства Линь Цзэсюя к иноземцам.

Общеизвестно, что чужестранцы, прибывающие торговать в Кантоне, пожинают огромную прибыль. Сие подтверждено фактами. Число ваших кораблей, в прежние годы не превышавшее нескольких десятков, значительно возросло.

— Ага! — Слейд радостно ухмыльнулся. — Ну что я говорил?

— «Благодарны ли вы, иноземцы, за милости, оказанные вам Императором? Надо уважать наши законы и в погоне за прибылью нельзя наносить вред другим.