Дым без огня

— По-моему, ты слишком строг к ней, — не могла я не заметить. — Леди Джоанна…"

"— Суть такое же подлое и мерзкое существо, что и ее племянница и брат, Роберт Гиль, — не дал мне договорить Томас.

Его голос прозвучал недопустимо громко на фоне приглушенной музыки. Так громко, что один из музыкантов взял фальшивую ноту, а единственный посетитель гостиной, если, конечно, не считать нас, подавился вином, покосился на нас и на всякий случай отбежал на другой конец гостиной.

— Томас! — возмущенно выдохнула я. — По-моему, ты забываешься!.

— Нет, это ты не знаешь, с кем имеешь дело, — парировал Томас. Продолжил, все повышая и повышая голос: — Так называемый высший свет Бриастля — суть отребья. Насквозь гнилые люди, способные думать лишь о собственной выгоде. С пустыми глазами и пустыми душами. В любом, даже самом грязном трактире Бриастля ты найдешь куда больше настоящих личностей, готовых на истинное самопожертвование, чем на званом приеме у короля. Тьфу!

И Томас, не испытывая особых угрызений совести, смачно сплюнул прямо на светлый и явно очень дорогой ковер ручной работы.

К концу его речи все музыканты затихли. Лишь флейтист еще пытался изобразить какое-то соло, но оно звучало настолько тоскливо, что слезы невольно навернулись на мои глаза.

Н-да, теперь я совершенно не удивляюсь тому факту, что Томаса настолько не любят в высшем свете.

— Но почему ты так говоришь о леди Джоанне? — пискнула я. — По-моему, очень достойная личность…

— Эта достойная личность практически наверняка отравила своего супруга, — сурово отчеканил Томас, и под его немигающим взглядом одинокий гость лорда Роберта подавился вином, поскольку как раз в этот момент вздумал пригубить бокал.

— Да не может быть! — ужаснулась я.

— Может-может, — заверил меня Томас. — Ну, то есть, доказательств этому я так и не сумел раздобыть.