Двор Тумана и Ярости

Две королевы смотрели в изумлении на ковер, словно все еще могли видеть город там. Мор прочистила горло. Золотая королева вздрогнула, словно Мор прорычала, и уронила богато украшенный кружевной платочек на пол. Она наклонилась, чтобы поднять его, а ее щеки немного покраснели.

Старуха подняла глаза на нас.

— Ваше доверие… ценится.

Мы ждали.

Лица королев стали серьезны и неподвижны, и я была рада, что сижу, когда старшая королева, наконец, проговорила:

— Мы подумаем над этим.

— У нас нет на это времени, — возразила Мор.

— Мы обсудим это с другими королевами и проинформируем вас, когда нам будет удобно.

— Неужели вы не понимаете риск, на который идете, поступая так? — произнес Рис без капли снисходительности, возможно лишь с легким шоком. — Вам нужен этот союз так же, как и нам.

Старшая королева пожала плечами.

— Неужели ты думал, что мы будем тронуты твоим письмом, твоей мольбой? — она дернула подбородком в сторону ближайшего охранника, и тот достал из-за пазухи сложенное письмо.

«Я пишу Вам не как Высший Лорд, но как мужчина, влюбленный в женщину, которая когда-то была человеком. Я пишу Вам и умоляю Вас действовать быстро, чтобы спасти ее народ и мой собственный. Я пишу Вам, чтобы однажды мы могли познать настоящий мир. Чтобы однажды я мог жить в мире, где женщина, которую я люблю, могла бы навещать свою семью, не опасаясь ненависти и мести. В лучшем мире.»

Она отложила письмо.

Рис написал это письмо много недель назад… до того, как мы соединились связью мейтов. Это не было требованием встретиться с королевами, это было любовным письмом. Я потянулась через пространство между нами и взяла его руку, чуть сжимая. Пальцы Риса сжались вокруг моей руки.

Затем старшая королева сказала:

— Кто может сказать, что все это не какая-то великолепная манипуляция?

— Что? — выпалила Мор.

Золотая королева кивнула, соглашаясь, и осмелилась высказать Мор:

— Очень многие вещи поменялись со времен Войны, с твоих, так называемых, дружественных отношений с нашими предками.

Рис молчал, как и все мы. Пока Неста не проговорила слишком мягко:

— Это речь женщин, выживших из ума. Высокомерных, тупых дур.

Элейн схватила Несту за руку, призывая молчать, но Неста шагнула вперед с лицом бледным от ярости.