Дворцовый переполох или Настырная попаданка (СИ)

Понимаю, что если бы не я, то ничего бы этого не случилось, но ведь и Таврус не остановил глупую принцессу вовремя. Значит, виноваты оба!

— Так вы… мы… — пытался подобрать слова, не до конца проснувшийся граф.

— Так! Иди умойся уже и начнем уборку, — приказала, снова окинув взглядом бедлам."

"Вспомнив про пустой сундук, поспешила в спальню, куда уже нырнул граф, скрывшись в ванной комнате. Сундук хоть и был пустым, все мои наряды уже давно перекочевали в шкаф, но весил слишком много. Однако, мне все же удалось до толкать его до двери спальни, когда на пороге появился умытый и боле-менее посвежевший Таврус.

— Вот скажи мне, что произошло в музыкальной комнате? Куда девались все гости? — успевала расспрашивать графа, пока мы вдвоем толкали в гостиную тяжеленный сундук.

— Может не надо, ваше высочество, — вяло поинтересовался Таврус, видимо воспоминания прошлого вечера были не самыми приятными.

— Как это не надо?! — возмутилась, резко выпрямившись, отчего мужчина споткнулся и чуть не распластался на том самом сундуке.

— А сундук то вам зачем? — растерянно потирая ушибленную конечность, робко спросил граф.

— Бутылки в него спрячем… и ковер… Кстати, а откуда здесь столько пустых бутылок? — заметив, как граф совсем сник, тряхнула головой, о чем тут же пожалела.

— Ладно, давай по порядку. Так что там было? — не отставала я, снова подтолкнув сундук, который ровнехонько встал возле входной двери.

— Ну-у-у…

— Ну! Не нукай, не запрягал! — фыркнула я, попытавшись отдышаться.

И вот чем вам не зарядка с утра? Покатал массивный, но очень дорогой сундук из комнаты в комнату и пяти килограмм, как ни бывало.

— Вам не понравилась музыка… — осторожно начал граф, наблюдая за моими действиями.

— И чего смотрим, помогай, — скомандовала, кивнув в сторону стеклянной батареи из тары.

— И поэтому я всех выгнала?

— Нет… То есть не сразу…

— А что тогда? — нетерпеливо поинтересовалась, пытаясь освободить злополучный ковер от ножек стола.

— Вы сказали, что под такую заунывную мелодию только умирать, — приподняв стол, пропыхтел граф.

— А потом? — начала скручивать ковер в рулон, заметив, как граф внимательно смотрит на мою пятую точку, благо, платья здесь достаточно длинные.

— А потом, вы сказали, что это не романтическая песня, а заунывный кукотские напевы…

— Чукотские, — поправила я его и осеклась.