Двор. Книга 1

Ефим Граник пришел, когда из двух часов, положенных доктору Ланде на консультацию, осталось минут пять, не больше. Вообще говоря, это не имело никакого значения, поскольку он пришел с одной-единственной целью: сообщить, что с новой шестидневки нанимается на работу. Но поскольку он уже здесь и доктор Ланда тоже здесь, пусть посмотрит его руки: в последнее время кожа пересыхает, как трава, а когда проводишь пальцем, она просто слазит.

Доктор Ланда сказал, что в течение месяца у каждого человека полностью меняется наружный эпителий, и это вполне нормально, а у Граника, который, наверняка, злоупотребляет бензином, чтобы смывать краску, процесс немножечко гипертрофирован.

— Какой же выход? — спросил Ефим. — Значит, нет выхода?

— Подожди, — остановила его Клава Ивановна, — доктор еще не закончил, а ты уже задаешь ему вопросы и сам отвечаешь.

— Короче, — доктор Ланда взглянул на часы, нахмурился, — надо два раза в сутки смазывать руки глицерином: вечером, перед сном, и утром, перед работой.

— Молочные? Из чистого молока? — поразился Ефим. — А где вы можете каждый день достать в магазине молоко!

Доктор Ланда захлопнул свой портфель, сказал общее до свидания и хотел уже выйти, но тут Граник вспомнил, что рецепта на глицерин ему так и не выписали.

— На глицерин, — сказал доктор, — не надо рецепта. Если потребуют, в следующий понедельник у меня опять консультация.

— Ланда, — крикнула вдогонку мадам Малая, — не забудь принести для агитпункта какие-нибудь плакаты и книжечки по здравоохранению.

На другой день, согласно расписанию, была консультация по строительству и экономическим вопросам. Консультант, инженер Лапидис, явился с опозданием на целый час, и мадам Малая уже не могла найти себе места.

— Наконец! — схватилась она, когда Лапидис переступил через порог.

"Между прочим, сказал Лапидис, он тоже задержался у себя на работе: подводили окончательные итоги по третьему кварталу.

— Сегодня по третьему кварталу? — удивилась Клава Ивановна. — А где же вы были раньше?

— Там же, где сегодня, — засмеялся Лапидис.

— Ой, Лапидис, — покачала головой мадам Малая, — со своими дурацкими шутками ты плохо кончишь.