Двор. Книга 1

— Тачка, — вдруг заплакал Иона, — моя тачка! Но я же никогда не был вор, я работал, я всю жизнь работал, как проклятый, а мой сын — вор, мой сын — вор! Степа, Ефим, нате топор — зарубите меня, я прошу, зарубите меня на мелкие куски!

На ночь Оля и Зюнчик перешли к мадам Малой. Когда потушили свет и Зюнчик заснул, Клава Ивановна сказала Оле:

— Ты одна во всем виновата, надо было подождать до утра — я сама могла поговорить с ним.

Оля была согласна с каждым словом мадам Малой и плакала в подушку, чтобы никто не слышал.

Товарищеский суд назначили на восемнадцатое сентября, но за день до этого пришлось отложить. Семнадцатого сентября части Красной Армии, под командованием командарма первого ранга товарища Тимошенко, перешли границу Польши и взяли под защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии. Польско-германская война, которая вспыхнула в первых числах сентября, вскрыла всю внутреннюю несостоятельность искусственно созданной, с помощью Англии и Франции, помещичье-буржуазной Польши, За первые десять дней войны страна потеряла все свои промышленные и культурные центры, незадачливые польские правители, навязав народу войну, бросили его на произвол судьбы.

Вечером, хотя никто не давал объявления, люди собрались в форпосте.

— Товарищи, — сказал Иона Овсеич, — осуществилась мечта, которую народ лелеял на протяжении веков. Мы можем радоваться вместе с нашими единокровными братьями западными украинцами и белорусами, которых больше не будут топтать своими каблуками польские паны. Отныне и навсегда они советские люди, как мы с вами.

Когда Иона Овсеич кончил, Лапидис поинтересовался, откуда у него эти сведения.

— Какие сведения ты имеешь в виду? — спросил Дегтярь.

Лапидис сказал, что это он сам знает, а его интересует другое: откуда Дегтярю известно, что данные земли войдут в состав СССР?

— А куда еще, по-твоему, они могут войти? — улыбнулся Дегтярь, и люди обернулись на Лапидиса, чтобы собственными глазами увидеть человека, у которого могут быть такие глупые вопросы.