Двойное сердце агента

* * *Натянув на глаза шляпу, Романский медленно прошел вдоль полупустых прилавков и остановился около витрины бакалейного отдела, где рядом с насыпанной в лоток вермишелью красовалась табличка:

ТОВАР ОТПУСКАЕТСЯ В ТАРУ ПОКУПАТЕЛЯ

Романский дважды перечитал объявление, оглянулся на своего помощника, который в ответ только удивленно пожал плечами, и встал в очередь. Вошедший за ними в магазин мужчина, скрывавший лицо за поднятым воротником плаща, юркнул за ближайшую колонну и стал наблюдать.

– Килограмм вермишели, пожалуйста, – сказал колоритной продавщице Романский, когда подошла его очередь.

Продавщица бойко отвесила вермишель и, держа на вытянутых руках пластиковый тазик с покупкой, грозно посмотрела на Романского:

– Куда сыпать?

– А что, ни пакетов, ни упаковочной бумаги нет? – спросил он.

– Ты чо, мужик, приезжий, аль с луны свалился? Читать не умеешь? Бумаги давно ни в одном магазине нет. Так во что ссыпать будем?

Романский на мгновение задумался, потом снял с головы шляпу и поставил ее рядом с весами:

– Ссыпайте сюда!

Продавщица, пожав плечами, с невозмутимым видом пересыпала вермишель из тазика в шляпу и, перегнувшись через прилавок, крикнула в соседний отдел:

– Любка, гляди! Шизик какой-то интеллигентный вермишель в шляпу взял! Ха-ха!

– А теперь, – сказал Романский, забирая шляпу, – я бы хотел увидеть директора магазина.

– А папу римского не хочешь? – продолжала хохотать продавщица.

К прилавку протиснулся помощник Романского и, показав удостоверение, что-то шепнул на ухо продавщице.

– Весьма эффектно, Дмитрий Степанович! – раздался голос за спиной у Романского.

Он обернулся: перед ним в плаще с высоко поднятым воротником стоял Плужников. Помощник попытался встать между ними, но Романский жестом показал, что все в порядке, и протянул руку генералу:

– Здравствуйте, Павел Михайлович! Вы что же, следите за мной?

– Считайте, что случайно сюда зашел.

– Это верно… Так что за дело?

– Можем на секунду отойти чуть в сторону? – спросил Плужников.

Романский кивнул, и они отошли подальше от прилавка."

"– Дмитрий Степанович, – тихо продолжил генерал, – памятуя ваше предложение, обращаюсь за помощью. Мне нужен доступ к материалам по «Ленинградскому делу».