Двойное сердце агента

– Я вот тут, Никита Сергеевич, намедни в Днепровске был… – сказал Сидоров, вешая ружье на плечо. – Надо сказать, вот где охота так охота. Двенадцать кабанов за полчаса взяли.

– Привязанные, что ли? – усмехнулся Хрущев и пошел в сторону охотничьей беседки.

– Зачем привязанные? – побежал следом Сидоров. – На загоне, все как полагается. Не хотите туда слетать? Заодно и на завод к Юнгелю заедем, новую ракету посмотрим.

– Ох, хитер ты, Егор Петрович! – рассмеялся Хрущев. – На охоту заманиваешь, а сам опять для своего проекта денег просить будешь, так ведь? Уж столько тебе дали – не Луну можно было б взорвать… Солнце!

Они вошли в беседку, сели на скамеечку.

– Ух ты! – воскликнул Хрущев, толкая в плечо Сидорова. – Смотри, Дмитрий Степанович нас переплюнул. В кабана-то каждый попасть может, а вот в зайца… Где взял, Дмитрий Степанович?

– Да вот, за перелеском, – улыбнулся Романский.

– Молодец… – похвалил с толикой зависти в голосе Хрущев. – А меня вот Егор Петрович на охоту зовет. В Днепровск. Значит, ты меня в Волжанск позвать должен. А?

– С удовольствием! – ответил Романский и, пройдя в беседку, достал припрятанный за скамейкой маленький кожаный чемоданчик.

– Вот, Никита Сергеевич, вам подарок, – сказал Романский, ставя чемоданчик на струганый стол, – от рабочих Волжанского завода.

Хрущев щелкнул замками. Внутри чемоданчика оказался «джентльменский» набор: изящные рюмочки, металлические тарелочки, вилки, ножи и две бутылки водки.

– Из космических материалов, между прочим, – добавил Романский.

– Вот это достойный ответ, – оживился Хрущев, – вот это я понимаю!

Сидоров бросил злобный взгляд на Романского, который уже расставил рюмки и наполнял их кристальной водочкой.

– Ну, за охоту… – сдерживая раздражение, буркнул тост Сидоров.

– Охота – это когда тебе охота и мне охота, – с предвкушением потерев руки, взял рюмку Хрущев, – остальное все… рыбалка!

Хрущев и Романский рассмеялись, чокнулись и залпом выпили, крякнув от удовольствия.

– Пока ты кабанов в Днепровске гонял, – наслаждаясь интригой, решил подлить масла в огонь Хрущев, – Дмитрий Степанович здесь, в Москве, еще одного «зайца» подстрелил – уговорил меня постановление подписать.