Двойник короля 18

Надеюсь, турчанка там пришла в себя и вся её гордость и выпендрёжи закончились, а то я больше их терпеть не намерен.

Отвлёкся. В голове ещё звенел голос матери. «Не отдавай…» — конечно, такие, как она, всегда просят, когда не могут взять. Мысленно уже вычёркивал её из списка или записывал в столбец «разменная монета». Обменять на что-то ценное? Возможно. Использовать как приманку? Тоже вариант. Решу позже, когда будет больше информации.

Перед глазами наконец-то появилась она. Плёнка, которая разделяет один мир от другого.

Мышцы свело от предвкушения, внутри всё затрепетало от возбуждения. Охота, битвы, монстры — соскучился я по всему этому. Хочется обычных магических тварей, крови, клинка и адреналина.

Остановились около барьера. Монголы рассредоточились и полностью контролировали территорию. Чёткий полукруг возле входа в серую зону — первая линия обороны, вторая чуть дальше — дозорные на холмах.

Слезли с лошадей. Я размял затёкшие мышцы, потянулся.

— Господин? — подошёл Жаслан. — Вы уверены, что пойдёте туда?

— Абсолютно! — кивнул в ответ. — Чутка поохочусь — день-два максимум, и обратно. За мной идти нельзя — это приказ.

— Но хан!.. — попытался спорить охотник.

— Его тут нет, но есть я, — улыбнулся.

— Да, господин, — склонил голову монгол.

Я сделал шаг в сторону барьера, почувствовал лёгкое сопротивление воздуха, словно проходишь через плотную занавесь.

— Если получится, убивайте тварей, которые полезут. Потрошите, разбирайте их на ингредиенты.

Глаза монгола сузились, в них промелькнуло что-то вроде профессионального азарта. Охотник за монстрами готовился к работе.

— Мешки есть специальные? — уточнил я, и Жаслан кивнул в ответ.

— Да, господин. Всё готово, как вы приказали, — ответил он, указывая на несколько походных сумок, наполненных инструментами для разделки и хранения частей монстров.

— Вот по ним распихивайте и ждите, — кивнул с одобрением.

Стоял перед плёнкой. Магия внутри меня отзывалась на вибрацию барьера. Источник пульсировал, словно настраиваясь на его частоту. Почти родное чувство, будто возвращение домой после долгого отсутствия.

Положил руку на барьер и прошёл. Ощущение было странным — не сопротивление, скорее, приветствие.