Двойняшки (не) для дракона

Его лапы были достаточно большими, чтобы обхватить их по самое колено, и это действительно показалось довольно безопасным, хоть и оставались ещё опасения по поводу того, не сломает ли он их случайным движением.

Дракон оттолкнулся от земли, заставив меня вскрикнуть и крепче сжать ладонями его рога. Несколько мгновений он набирал высоту, раскачивая меня вверх и вниз, но потом траектория движения стала более прямой, и я даже рискнула немного приподняться над сильной чешуйчатой шеей, осматриваясь.

От открывшегося вида захватывало дух.

Спустя несколько минут страха мы приземлились. Гремальд снова припал к земле, подняв вокруг себя облако снега, и я не без труда сползла с него, встав на дрожащие ноги. Ещё через несколько мгновений вместо драконов рядом со мной появились мужчины.

— Время идёт к вечеру, — заметил Ассандр. — Надо разобраться с ночлегом.

— Пойдёмте, соберём всех в избе и обсудим, как проведём эту ночь, — выдохнула я, мечтая обнять малышей и несколько минут просто вдыхать их успокаивающий запах."

"На негнущихся ногах я пошла, утопая в снегу, к протаявшей дорожке, которая вела к домику. Из трубы валил дым, наполняя воздух сладковатым, уютным ароматом печи. А когда я, наконец, спустилась по чуть поскрипывающим ступеням в домик, ко мне тут же бросилась Лиззи.

— Мама, мама! Ты где была? Мы здесь тако-ое нашли!

— Что же вы нашли? — улыбнулась я.

— Игрушки! — довольно прокартавила малышка и подняла над собой крошечную фигурку кота, сделанную из стекла.

— Ого! — восхитилась я. — И сколько их там было?

Лиззи нахмурила лобик, начала было считать на пальцах, а потом ушла в дальний закуток дома, где, видимо, и находились эти самые игрушки. Сняв, наконец, шубу, я стянула с себя вымоченную верхнюю юбку, оставшись в одном простом платье.

Драконы по очереди вошли в дом и тоже разделись. Внутри было тепло и уютно. Раиль быстро залез мне на руки и, прижавшись, замер, будто собираясь уснуть. Марго, которая сидела с малышами, налила нам всем горячий чай.

— И где вы пропадали? — спросила она, когда мы все расселись за довольно просторным обеденным столом.