Самая страшная книга 2019

В щели плескался густой мрак, и даже если незадачливый кошак и болтался поблизости, рассмотреть его не удавалось.

Тяжелый ключ лязгнул в скважине, заржавевший за зиму навесной замок, скрипя, выплюнул дужку.

Кирилл отворил взвизгнувшую от натуги дверь. От петель прыснули во все стороны потревоженные мелкие сикарашки.

Вниз уходила лестница. Видимо, по весне сюда в изобилии стекал талый снег – доски сгнили и развалились на куски, а между щелями проглядывал проржавевший до кирпичного цвета металл. Кирилл поморщился. Да, он не отличался особой чистоплотностью – за что частенько получал по шапке от Марины, – но лезть в грязный и наверняка вонючий подвал ему не улыбалось.

Он вздохнул и осторожно спустил ногу, проверяя лестницу.

Вроде бы все нормально. Доски чуть пружинили, гвозди скрипели, вниз сыпались пыль и кирпичная крошка – но в целом лестница выглядела прилично и казалась относительно крепкой.

Еще шаг вниз, на этот раз второй ногой…

Черт!

Нога соскользнула на заплесневевшей доске – и Кирилл едва успел схватиться за какой-то выступ, со всего размаху шлепнувшись на ступеньку.

– Ну как? – Марина заинтересованно свесилась с балкона, пытаясь разглядеть, что происходит внизу.

– Жопой об косяк, – процедил Кирилл, зализывая царапину.

– А?"

"– Да норм! – крикнул он. – Скинь фонарик, ни черта не видно.

Послышалось поспешное шуршание тапочек.

Кирилл изогнулся, отряхивая штаны. На заднице расползалось влажное ржаво-пыльное пятно с зеленоватыми потеками плесени и клочьями мха.

– Кирь, лови!

Кирилл, запинаясь о порожек, метнулся к балкону: с Марины бы сталось действительно скинуть фонарик вниз. Так и произошло – он едва успел подставить руки, как в них шмякнулся старый налобник. Не совсем то, что он хотел, да – но просить другой Кирилл не стал.

– Ладно, я пошел! – крикнул он.

– Удачи! – пропела Марина сверху.

Осторожно, цепляясь руками за стены, прощупывая ногой каждую следующую ступеньку, Кирилл начал спускаться. Фонарь он пока не стал включать – солнце с улицы худо-бедно освещало пятачок перед лестницей, и Кирилл продолжал надеяться, что котенок прячется где-то там.

– Кыса? – спросил он.