Двойня для босса. Стерильные чувства (СИ)

Причем уже давно…

— Нам надо поговорить, Милана, — строго проговариваю я, пытаясь пробиться сквозь театральный плач.

Ловлю на себе презирающий взгляд ее матери, а потом — такой же, только Алекса. Игнорирую обоих.

— Нам не о чем с тобой говорить, — играет обиду моя официальная жена. — Убирайся туда, где провел ночь. К своей любовнице!

От формулировки и пренебрежительного тона Миланы меня коробит. С трудом сдерживаюсь, чтобы не нахамить ей или не отвесить пощечину. Не в моей натуре обижать женщин, но эта стерва перешла грань семь лет назад.

— Не о чем? — хмыкаю невозмутимо. — Может быть, о нашем несостоявшемся ЭКО? О клинике и ее «добром докторе»? Или о том, что ты там делала семь лет назад? Не хочешь наедине, так давай обсудим в кругу семьи!

На последней фразе Милана вздрагивает, лихорадочно вытирает слезы и устремляет на меня испуганный взгляд. Она поняла, к чему я веду.

— Сколько ты будешь измываться над нашей девочкой, Стас? — возмущенно выпаливает Анжелика Артемовна, «теща».

Однако «страдалица» заметно меняется в лице, удивляя меня целым спектром сменяющих друг друга эмоций. Я-то привык к ее «дежурной» маске скромницы.

— Мам, Алекс, оставьте нас, — просит, а сама не сводит с меня прищуренных светло-голубых глаз.

— Уверена? — отзывается Алекс.

Импульсивно сжимаю кулаки. Раздражает этот слепой защитник. Сам его выкину, если не уйдет. Правда, с ним еще предстоит разобраться по поводу порочащих мою настоящую семью снимков.

— Да, — отрезает Милана совершенно другим тоном, холодным и грубоватым.

«Фанаты» удаляются, а я сразу перехожу к делу.

— Ну, Милана, и зачем ты все это сделала? — сажусь напротив нее в кресло.

— Не понимаю, о чем ты, — продолжает игру, но меня это лишь смешит."

"Показываю ей бумаги. С больным чувством возмездия наблюдаю, как искажаются ее всегда идеальные черты лица.

— За что, женушка? — задаю вопрос, мучающий меня с того самого момента, как я узнал правду. — Настолько ненавидела меня все это время? Зачем замуж пошла?

— У меня не было выбора, — опускает руки на колени, впиваясь пальцами в бумаги.

— Я спрашивал твоего согласия, — возражаю я.

— Да, но… — делает вдох и выпаливает на выдохе. — Я пошла на это ради карьеры! Отец никогда не давал мне свободы.