Двойная жизнь моей жены

– О да, – прикусываю я губку, – и я надеюсь на повтор вечером.

– Сколько захочешь, – Миша становится напряженным. – Я хочу поговорить, серьезно.

– О чем?

– О нас, по-настоящему, – он нежно постукивает подушечками пальцев по моим напряженным и сцепленным в замок ладоням.

– Хорошо, – я тревожно вздыхаю, мне нужно время, – когда с делами разберусь.

– Я подожду, – Миша отстраняется и испытующе смотрит на меня. Видно, отступать, как утром, он не намерен.

Знаю, у него куча вопросов и он хочет ясных ответов. А я хочу сказать правду.

Вечером распускаю персонал и возвращаюсь в зал. Рассматриваю свое богатство. Шесть уютных деревянных столиков с винтажными стульчиками и диванчиками, обтянутыми изумрудным велюром. Каждый выбирала сама, придумывала дизайн и следила за перетяжкой. Обои с маленькими чашечками, которые ждала три месяца из Италии, люстры с ткаными абажурами и тарелки, закрепленные на стенах. Уютный маленький мирок, в котором я прячу себя от мужа.

– Хочешь чего-нибудь? – подхожу к Мише, который наблюдает за мной из-за столика у стены.

– Да, – Миша подпирает ладонью щеку и смотрит на меня выжидающе, – поговорить. И не пытайся сказать, что разговоры нам не нужны.

– Больше не буду, – застываю в нерешительности и жду вопросов.

– У тебя есть кто-то еще, кроме меня? Тот, к кому ты постоянно уезжаешь?

– Есть, – с нажимом провожу повлажневшими ладонями по джинсам на бедрах и виновато смотрю в пол.

– Кто он? – Миша поднимается и подходит вплотную, выжидающе смотрит в глаза. – Мы уже достаточно вместе, чтобы завязывать с секретами. Инесса, наши отношения – давно не игра, – сообщает он тихо и вкрадчиво.

– И никогда не были, – мой голос падает, и тело начинает тихонько потряхивать. Надо сказать правду, выдохнуть и сказать.

– Тогда скажи мне, кто он.

Все. Выдох.

– Мой муж, – глаза опускаются в пол, чтобы не видеть Мишино разочарование.

Тяжелый вздох. Молчание. Опять вздох:

– Отлично, а я кто? Постельная игрушка? Устала от мужа и хочешь разнообразия? – Мишин голос наполняется разочарованием.

– Нет, я устала и хочу развода, – ладони сами тянутся к нему, и я цепляюсь за Мишины плечи, слезы начинают печь глаза. Как он мог так подумать? Мой прекрасный и светлый мальчик.

– Тогда разведись, я не хочу тебя ни с кем делить, – Миша скрипит зубами от ревности.