Двое в лодке, не считая контракта (СИ)

Они с Далтоном вчера слишком увлеклись процессом, что напрочь потеряли счет времени. Заснули и заснули. А во сколько и насколько — никто не знал. К сожалению, в комнате персонала окон не было.

Вещи оказались измяты и разбросаны. Душ принимали раздельно, чтобы случайно не отвлечься. Томас остался вымывать диван, а Далтон убежал в зал сметать рассыпанный вчера кофе.

— Ну что? Убрал? — Томас стал рядом со стойкой и разглядывал пол на предмет наличия закатившихся зерен. Но взгляд невольно натыкался на пикантно оттопыренный зад альфы, который щеткой гонял кофе под витриной-холодильником.

— Что? — вынырнул по-деловому копошащийся альфа, Том кивнул в сторону постамента. — А… Ты только заметил? Они и вчера там стояли. Не зря я надеялся на положительный исход дела, — просиял Далтон.

Том усмехнулся и помог ссыпать кофейно-зерновой мусор в пакет.

— Ну хоть ничего не разбили, — а ведь бить было что: фирменные чашки и бокалы стройными рядами украшали полки за стойкой."

"— Что касается романтики, — Марк сделал паузу. — Сходишь завтра со мной на свидание?

— Только предупреждаю: сердечки, плюшевые мишки и прочая ерунда мне не нравятся, — наигранно скривился Том.

— Да я как-то догадался, — фыркнул Марк. — Не переоценивай мою романтичность. В кино пойдем.

— Надеюсь, в этот раз нам больше повезет с выбором фильма.

— Ты что, собрался там фильм смотреть? Олень, это же свидание, — пожурил омегу Марк.

— Прости мне мою неопытность, но это будет мое первое состоявшееся свидание.

— Ты быстро научишься, — пообещал Далтон. — А теперь быстро на выход, рабочие вот-вот придут.

Дома Томас вспомнил, что так и не читал журнал Нила. Оказалось, что у Далтона их в наличии целых два:

— Один мой, а второй мне днем позже Блекворд притащил. С личным автографом и пожеланиями.

Подгоняемый любопытством, Том развернул страницу и невольно расхохотался. Далтон нахмурился и отобрал журнал обратно.

— Э, нет, верни, — прыгал вокруг него омега. — Я еще не прочитал статью.

— Ты уже достаточно прочитал, хватит надо мной смеяться! Я не ёлка, прекращай вокруг меня скакать рождественским Оленем, — демонстративно ругался Марк, поднимая журнал все выше, а в глазах появлялся знакомый мальчишеский азарт.