Двойная начинка для сладкой Булочки

Альбине снова не сиделось спокойно, а у дверей небольшой кухоньки выстроилась очередь из моих бывших рабынь, и все хотели… купить кексики, которые заворачивал в пищевую плёнку Крендель, встав на столике на манер магазинного прилавка.

— Держите пожалуйста, заходите еще, — обворожительно улыбался нахальный фамильяр, деловито передавая покупку… кажется… Нинэль. Да они устроили тут филиал лавки сладостей! Не могли потерпеть до завтра?! Рабыня поднесла кекс к носу, вдохнула запах свежего лакомства, и счастливо рассмеялась:"

"— Обязательно.

Теперь больше никаких диет и подковёрных игр с другими наложницами. Говорите, вы завтра открываете филиал на местным рынке?

— Всё верно, совсем недалеко от площади. Уверен, вы без труда найдёте нас, — Кэрин снова улыбнулся.

Альбина заметила мой взгляд, смутилась, но продолжила выкладывать уже готовую выпечку на большое блюдо. Артэм и я однозначно недооценили деятельную натуру нашей пухляшки. У нее в руках все просто горело. На столе я заметил бутылку ликёра, некую прозрачную посудину с жидкостью цвета розовых лепестков и чашу с мукой.

Интересно, как они с Кренделем на пару умудрились сварганить кексы за полчаса?

Пользуясь моментом, решил просто расслабиться, и, предвкушая будущее пиршество, засмотрелся на малышку. Светлая кожа так мило окрасилась румянцем, когда она почувствовала мой взгляд. Ее ладонь поднялась к лицу и пальчики заправили выбившуюся прядку волнистых светлых волос за аккуратное ушко. Пухлые губы растянулись в загадочной и соблазнительной улыбке, пробуждая во мне жажду и голод.

Ощутил, как клыки удлиняются. Я думал, что заглушил его, но растрата сил на приведение дел в порядок едва не истощила меня. Трудно счесть сколько рабынь сегодня отправились в назначенные места лишь по одному щелчку пальцев моей руки, окруженные белёсым туманом магии перемещений. Остальные, на кого магии уже не хватило, похоже, были здесь, в этой очереди за сладостями.

Я смотрел как двигается Булочка, плавно перетекая из одной позы в другую.

Она вся была мягкая, кругленькая и до невозможности милая. Понимаю, почему брат дал ей такое прозвище. Стоило моим мыслям метнуться к прошлой сцене, где Артэм целовал нашу невесту, а я сжимал ее грудь и вдыхал аромат волос, как дыхание перехватило и я громко прочистил горло. Девушки оглянулись, и, не сговариваясь, ускорились. О да, все они прекрасно знали, когда следует уйти…

* * *Конечно, я сразу заметила синха, тихо возникнувшего во тьме коридора.