Двойная начинка для сладкой Булочки

Что в нем выделялось — так это его рыжая кудрявая шевелюра. Он напоминал большое доброе солнце среди прочих, почти безэмоциональных богов.

— Кто это ко мне пожаловал? — брякнул мужчина, хлопнув себя по животу.

— Привет, Виар, продай девушке все, что она попросит, — Артэм словно из-под земли вырос рядом со мной.

— Господин Виар, мне необходим во-о-он тот мешок с мукой, который с краю. А у вас имеются дрожжи?

Мужчина наклонился и скосил на меня зеленый глаз, присматриваясь.

— Какая интересная у тебя рабыня, Арт.

— А это что?! — продавец списал с меня единицы веры, но завис, рассматривая у меня в волосах Крендель, — это же…

— Альбина, нам пора! Господин Виар, приятно было познакомиться, — затараторил Крендель, дергая меня за пряди.

— Эй, больно! — возмутилась, невольно делая несколько шагов в толпу.

— Стойте, это же… — прищурился Виар, но мне уже было не до него. Крендель щипал меня за ухо, вцепился в щеку и все кричал, чтобы я шла прочь, направляя как лошадь то в одну сторону то в другу, потягивая за волосы.

— Прекрати, негодник, мне же больно! — уже зло воскликнула, пытаясь снять с себя фамильяра. Я сейчас оказалась на месте Артэма, и он не преминул гулко хохотнуть за моей спиной, когда мы сместились от торговых рядов в жилой квартал.

Я раскрыла прищуренные глаза, с выступившими в них слезами боли.

— Ай! Да отцепись ты! — Крендель, наконец, свалился с меня и смогла спокойно выдохнуть. Подняла голову.

Мы стояли перед домом. Заброшенным, но красивым. Его черные провалы с выбитыми окнами уставились на нас в ответ. Розовая краска от времени облупилась, явно намекая на то, что хозяева давно покинули это место. Его крыша причудливой формой напомнила мне пряничный домик из сказок.

— Здесь когда-то жил бог сладостей, — сказал Артэм, внимательно глядя на покосившуюся деревянную дверь. — С его уходом такие вкусности никто не готовит. И не ест. Иногда вспоминают."

"— Давно он исчез? — чем больше я смотрела в темноту прихожей, тем больше мне хотелось войти внутрь. Крендель растеряно замер под ногами.

Глава 11. Горькая ваниль

— Давненько, лет двадцать пять назад.