Двойная начинка для сладкой Булочки

Бесполезно, ничего не скинешь, — блондинка отвернулась, резанув по моему самому больному месту.

— Спасибо, конечно, но я не нуждаюсь в ваших комментариях по поводу меня, — огрызнулась скорее по привычке и пулей вылетела из раздевалки. В конце концов, день — не резиновый, и уже время подходило к девяти вечера. Скоро клуб закроется.

В общем зале Артём, увидев меня, обворожительно улыбнулся, показав крепкие белые зубы.

— Начнем с беговой дорожки. Давно тренировались последний раз? — мы застыли рядом с тренажером.

— Наверное, месяц назад. Я слегка потеряла форму, — не признаваться же, что только вчера была в другом зале?

— Понятно, тогда поставлю третью скорость, поставьте ноги с двух сторон от дорожки. Вот так… — его ладонь мимолетно коснулась моей, прострелив кожу разрядом чувственного тока. Альбина! Спокойствие! Только спокойствие! Усмири свое бешеное либидо.

— У вас такой высокий пульс. Сердечко на износ работает… — задумчиво протянул тренер, включая небольшую скорость. — Бегайте, я подойду минут через пятнадцать.

Пока ноги перебирали лист дорожки, в голове мелькали странные мысли. В основном они крутились вкруг парня. Не припомню, чтоб кто-то меня хоть раз так зацепил в жизни. Да, были мимолетные увлечения, но с первого прикосновения… Кожа в том месте горела, глаза заволокло каким-то туманом. Дыхание участилось, и не только из-за дорожки… Я вздрогнула, когда он вернулся, и помог мне остановить тренажер.

Дальше тренировка прошла в мучительной пытке. Артём мимолетно прикасался ко мне, показывая упражнения, а я только и думала, как поскорее сбежать, но одновременно с этим, хотелось, чтобы эта агония продолжалась.

Едва доплелась до раздевалки. Зал уже почти опустел, практически все шкафчики остались открытыми. Хорошо, смогу спокойно сходить в душ.

Я схватила полотенце, мыльные принадлежности, и, не глядя, распахнула соседнюю дверь. За ней послышались голоса и страстные звуки.

— А-ах… — простонал женский голос, довольно громко. Отразился гулким эхом от стен общей душевой.

— Мне нравится, как ты скулишь, Мариш, — знакомый баритон. Артём! — Стони громче! — приказал мужчина.