Двойная начинка для сладкой Булочки

— Согласен, — он прочистил горло. — Не здесь и не так. Ты достойна лучшего, — горячий язык раздвинул мои губы и нежно прошелся по внутренней, чувствительной коже.

Он же принял мое мнение, тогда почему не останавливается?! Еще и рот заткнул и только ловит негодующие вздохи.

Дэрэм совершил провокационное движение бедрами, давая прочувствовать всю длину от основания до головки, что на мгновение упёрлась во вход, но быстро поменяла положение, устремляясь вниз по желанию обладателя органа. И еще раз. Сладостная пытка.

— О… Боже… — простонала сквозь неистовые поцелуи Дэрэма.

Резкий финальный толчок прекратил общую агонию. Я обессиленно повисла на руках партнера.

— Что-то мне подсказывает, ты имела в виду какого-то конкретного бога…"

"— Точно… — слабо простонала в ответ, медленно приходя в себя. Мысли путались, тело горело…

Глава 20. Черная печать

Одним быстрым щелком Дэрэм навёл порядок.

Теперь блондин довольно улыбался и больше не метал молнии из глаз.

— Неплохо ты здесь обжилась, — заметил синх, осматривая лавку. Конечно, без густого белого тумана она смотрелась лучше.

Находясь все еще под впечатлением от его внезапного визита, я села за столик в зале.

— Не думала, что вы такие собственники, — сказала, глядя, как беловолосый близнец быстро перемещается из угла в угол, трогает прилавок, заглядывает на кухню, и появляется оттуда в пирожком в зубах.

— Мм… вкусно! — почти мгновенно уничтожает кулинарный шедевр и облизывается, донельзя удовлетворенный лакомством… Только вот, каким из них? Едва ли его улыбка относится к пирожку.

— Рада, что тебе понравилось, — буркнула в ответ.

— Эй, ты чего? — Дэрэм сел напротив, быстро уловив изменения в моем настроении.

Вздохнула, пытаясь облечь свои чувства в мысли.

— Ничего! Просто… Я не ждала тебя. Мне хотелось спокойно поработать и разобраться с чувствами, немного освоиться в новом мире. Здесь всё очень непривычное, и я думала, что лавка поможет существованию обрести какой-то смысл, отвлечься от… — опустила глаза и нервно затеребила краешек фартука, потом коснулась лба в том месте, где еще несколько минут назад горела печать.

— Понимаю… — радость сползла с лица синха.