Двенадцать дней Коляды

Если в силках заяц есть, совсем славно будет, сварит бульон, картошки туда, морковки с капустой, и щи готовы.

Думал о житейских делах, старался не вспоминать, что на дворе Коляда. Страшное время, а народ знай себе веселится, наряды шьет. Тьфу!

Плюнул Ёрш на землю, головой покачал. Это ж надо столько лет повторять одни и те же ошибки – ворожат, гадают, а ведь в эти дни Навь к самой границе Яви подбирается, тянут мертвые свои лапы к миру живых, а те и рады. Суженых, черт бы их взял, ищут! Знали бы они, кого призывают…

Зайца и правда в силках нашел, упитанный был, шкура блестела, где ж его так откормили? Взял за уши, посмотрел в глаза перепуганные, вздохнул и в снег опустил.

Как темнеть начало, Ёрш запер дверь, окна завесил, всего пару свечей оставил зажженными, сел у печи и начал фигурки из дерева вырезать.

Звук ломающихся веток он услышал задолго до того, как незваные гости к дому подобрались. Ёрш встал нехотя, потянулся за мечом. Охотиться-то он бросил, но оружие всегда наготове, заточено, начищено. Отшельники только в сказках тщедушные и безобидные, он отпор любому разбойнику даст.

Ёрш задул свечи, подкрался к окну, отодвинул занавеску и пригляделся – ничего, темнота – хоть глаз выколи.

Ветки трещали, а к дому никто не подходил. Может, медведь? Так в эту пору косолапому спать положено, что он тут забыл? А волки столько шуму не поднимают.

Ёрш открыл дверь, вышел на улицу. Не дело это, в доме прятаться, он тут хозяин, это его следует бояться. Стоял, осматривался, да только тьма-тьмущая вокруг, хоть как глаза напрягай, ничего не разглядишь."

"– Эй! – рявкнул он.

В лесу все затихло, но через пару мгновений послышались шаги. Он сжал рукоять меча, приготовился нападать – судя по всему, человек не один. Шаги уверенные, незваные гости не крадутся, значит, вооружены. Зараза.

Ёрш не стал дожидаться, пока на него нападут, сам кинулся навстречу с грозным рыком. Вовек не забудут его, если живыми уйдут!

Он сбил одного с ног, второго с размаху рукоятью приложил.