Двенадцать дней Коляды

Свят протянул руку, коснулся ее лица, а она прижалась щекой к его ладони, пальцами обхватила запястье, ее губы дрогнули и растянулись в горькой улыбке.

Варна не двигалась, он тоже – боялся спугнуть, боялся, что это мгновение закончится. Слишком долго он ждал этого, слишком долго думал, что не заслуживает ничего, кроме презрения и ненависти.

Не оттолкнула. Не отпрянула. Сама жмется, не отпускает, неужели это не сон? Злат был прав – не только они изголодались по человеческому теплу. Так или иначе, но их было двое, а она все эти годы одна противостояла всем невзгодам, которые выпали на ее долю.

– Спасибо, что остался. – Она все еще держала его за руку.

– Я больше не уйду.

На ее щеках появился едва заметный румянец. Она все понимала, по глазам видно.

Внутри вдруг вспыхнул тусклый огонек надежды – неужели все действительно изменилось? В ее сердце появилось место для него? Быть может, оно всегда там было, но он, измученный собственными страхами, этого не замечал.

Свят повернулся и посмотрел на брата – Злат стоял у стойки и широко улыбался. От этой улыбки по спине побежали мурашки.

Глава 23. Радомила

Диву они передали приятного вида женщине в строгом одеянии. Та клятвенно заверила их, что для охотников и воинов Святого Полка у них есть специальные комнаты и что заботиться о девчонке будут как о родной.

Взяв на рынке припасы, охотники вернулись на постоялый двор и выспались в настоящих постелях. Радомила посвежела, да и Ждан уже не казался таким хмурым. Рука охотницы еще не зажила, но беспокоила куда меньше. Занятия с мечом решили начать, как только рана окончательно затянется."

"Уезжали из Красной Нивы с неохотой, Ждан несколько раз предлагал задержаться, пожить для себя, но Радомила знала, что если они не уедут сейчас, то спокойная жизнь превратит их в обычных людей и об охоте придется забыть.

А еще она боялась, что страх снова возьмет над ней верх. Слишком много лет они бежали от родных мест, слишком долго закрывали глаза на грех, который совершили. Пришла пора встретиться с прошлым.

Из Красной Нивы поехали в деревню, в которой когда-то оставили ребенка.