Два вида страсти

А потом вышла меня проводить, ну и выдала: «Прости, я полюбила другого. Скоро свадьба». Я и ушел как потерянный.

— А вы знали, что жених Ольги знаком с Ириной Дубровской? — Мельникову было очень важно, чтобы Марков ответил на этот вопрос.

— «Знакомый!» — усмехнулся Марков. — Да он живет на деньги этой твари, альфонс недоделанный! Это мне в ее магазине кое-кто порассказал. — Марков вздохнул. — Эх, Оля, Оля! Нашла в кого влюбиться.

Мельников, хоть и разделял эту точку зрения, предпочел оставить комментарии при себе.

Вместо этого он спросил:

— И что же вы предприняли, когда узнали, что Ольга погибла?

— Сразу позвонил этой твари! — заявил Марков. — Видел, говорю, и «семерку» твою, и тебя.

— И что же Дубровская?

— Ну, известно что! — все более распалялся Марков. — Заявила, что я алкаш, которому невесть что мерещится. Что в это время ее там и близко не было, а сама она только что из Москвы прилетела.

— А что же вы? — подгонял Андрей задумавшегося Маркова.

— А что я? Я ей так и сказал, чтобы всякую чушь про Москву не порола.

И что камера на дороге ее засекла. Я и для себя специально запись смотрел. Та самая это тачка.

— То есть машина Дубровской попала в запись дорожной камеры видеонаблюдения? — переспросил Андрей, понимая, насколько важным это может оказаться для следствия. Это уже не просто свидетельство Маркова против ненавистной ему Дубровской. Это документальное подтверждение его показаний.

— Ну да, — уверенно подтвердил Марков. — И время, и дата, все как положено.

— И после того как вы сообщили это Дубровской, она пригласила вас в коттедж.

— Точно, — кивнул Марков. — Сказала, что да, мол, была в Верхней Осиновке. Приезжала, чтобы со мной повидаться, какое-то деловое предложение у нее созрело, ну и так далее. А меня не застала, вот и уехала. Еще добавила голоском таким слащавым, жаль, дескать, что мы разминулись.

— И вы ей поверили? — удивился Мельников.

Марков презрительно хмыкнул.

— Да я ей сразу сказал, что б мне тут не заливала.

Она как будто обиделась и предложила встретиться у нее дома вечером. Говорит, хочет что-то важное мне сообщить. И еще предупредила, чтобы я на своей машине не приезжал. Ну, я сказал, что приеду, шут с тобой. Мне бы, дураку, сразу смекнуть. Так ведь нет. Вот и огреб по башке. Еще бы чуть и…

Марков замолчал и тяжело вздохнул. В этот момент Мельникову показалось, что его собеседник жалеет, что Дубровская не рассчитала силу удара.