Душа по обмену

Заведующая смерила его негодующим взглядом и бросилась ко мне, с тревогой спрашивая:

— Леста, что он тебе сделал? Как ты?

— Ничего, всё… хорошо, — боюсь, мой ответ прозвучал не слишком уверенно. Ведь на самом деле ничего хорошего не произошло. Да, я выторговала отсрочку, но совсем небольшую — чуть меньше трёх земных месяцев. Что можно успеть за это время?

— Добрый вечер, дэйра Найрис, мы просто разговаривали и уже всё прояснили, — спокойно улыбнулся Дорган, направляясь к выходу.

— Мне доложили, что вы собирались забрать Лесту, — сказала заведующая, провожая его удивлённым взглядом.

— В этом больше нет необходимости. Я хотел лишь проверить поступившую информацию, к счастью, она не подтвердилась. Доброй ночи Лестэлла, — он кивнул мне и вышел.

В это время в коридоре раздались голоса, и один из них показался очень знакомым. Прислушавшись, я поняла, что именно этот голос слышала, когда задремала в кабинете Доргана. Неужели здесь тот самый загадочный менталист?!

— Кто там пришёл, дэйра Найрис? — спросила я, взволнованно глядя на полураскрытую дверь.

Всё ещё удивлённая заведующая проследила за моим взглядом.

— Храмовник Тайруш пришёл за своим лекарством, а что случилось?

Тайруш? Отец Мартиона! Разрозненный пазл, наконец, сложился. Мартион говорил, что его отец иногда помогал нам с мамой. Уверена, это он проводил мою проверку на кристалле души тринадцать лет назад, и не мог не понять, что тело заняла другая душа. Кристалл не лжёт, значит, солгал храмовник, который никуда не сообщил о маленькой двоедушнице.

Глава 38

Дэйра Найрис, подробно расспросив о случившемся, сокрушённо вздохнула и ничего обнадёживающего сказать не смогла, предложила лишь подержать меня в лазарете подольше, чтобы оттянуть новую встречу с Дорганом. А когда я призналась, что тем самым незарегистрированным менталистом был Тайруш, заведующая помрачнела ещё больше и объяснила, что храмовники в обществе почти неприкосновенны, а значит, привлечь его к судебной проверке будет очень сложно, но обещала по возможности не выпускать мужчину из виду.

Она просидела со мной около часа, успокаивая и уговаривая попытаться уснуть. Я нервничала в ожидании Блордрака — боялась, что Дорган отыграется на нём, так что сон долго не шёл, а когда удалось забыться, мгновенно провалилась в свой давний детский кошмар. Только теперь запахи и звуки не прятались в кромешной темноте.