Дурная слава

Джори радостно вскрикнула:

– Я и не знала, что мой брат вернулся в Англию!

– Де Варенны сейчас продвигаются к Честеру. Их валлийские лучники для нас бесценны.

– А есть новости из Фландрии, от короля? – спросил граф.

– О да. Его величество планирует полномасштабную войну с Францией. Он возвращается, чтобы собрать самую многочисленную армию, какую когда-либо видела Англия. Мы победим Уэльс, а потом расправимся с Францией.

Джори посмотрела на мужа и заметила, что он страшно побледнел. Ее сердце наполнилось сочувствием.

В эти оставшиеся им ночи Джори могла лишь крепко обнимать мужа и укреплять его дух обнадеживающими словами. «О Господи, я сделала бы что угодно, только бы победить твой страх, успокоить тебя!»

– Хэмфри, я ведь твой талисман! Моя любовь окутает и защитит тебя до самого возвращения.

"Началась вторая неделя июля. Джори снова осталась одна в замке Гудрич. Занялась делами, подумывала о переделке покоев в башнях, купила рулон яркого бархата для обивки сидений кресел и стульев. Покупала турецкие ковры, итальянские канделябры, полированные серебряные зеркала. Ездила в торговые дома и пакгаузы, набитые заморскими красителями, специями, винами, душистыми маслами.

Марджори принимала гостей каждую неделю, устраивала соколиную охоту с птицами, которых де Боуны привезли из Виндзора и теперь держали в недавно отстроенных конюшнях. Дни Марджори были заполнены делами и общением с людьми, но ночи оставались невыносимо одинокими. Иногда ей казалось, что стены замка смыкаются над ней, что она задыхается. В эти минуты она находила успокоение своей глубоко затаившейся боли, погружаясь в горячую воду роскошной ванны в форме черного лебедя.

Каждую ночь, становясь на колени, Джори молилась: «Господи, молю тебя, чтобы Хэмфри победил свой страх, подай ему храбрость и мужество». Потом приходил сон, а с ним и облегчение. Она лежала в надежных объятиях мужчины. Его прикосновения и поцелуи рождали в ней страсть, желание, ощущение полноты. Она знала, что любит его больше жизни.