Дурная слава

«Что за чушь я тогда нес! Как только Суррей отказал мне, надо было похитить ее и увезти!»

Внимание присутствующих снова вернулось к королеве Элеоноре, когда ее гроб опустили в саркофаг в аббатстве. Скоро над могилой появится бронзовая статуя, чтобы последующие поколения могли навещать королеву и молиться за ее душу.

После заупокойной службы Джори покинула аббатство в обществе Джоанны.

– Мы наконец получили из Фландрии известия от отца. Он убит горем из-за смерти королевы и приказал на всем пути из Линкольна до Лондона поставить каменные кресты, в тех местах, которые больше всего любила мать.

– Вы с Глостером останетесь здесь, чтобы надзирать за работами?

– Де Клэр попросил Томаса Ланкастера принять на себя эту задачу. Мятеж в Уэльсе все разрастается. Гилберт считает, что надо вернуться в Глостер раньше, чем погода совсем испортится.

Джори бросила взгляд на Хэмфри и заметила, как побледнело его лицо при упоминании о беспорядках в Уэльсе."

"У стен аббатства к ним присоединилась Сильвия де Варенн со своим отцом.

– Сильвия, вам нельзя стоять на таком холоде. Поспешим в Виндзор. Я попозже зайду посмотреть, как вы себя чувствуете. – Принцесса Джоанна отошла от Сильвии и плотнее закуталась в горностаевую мантию. – Все почему-то кашляют. Ты слышала, какой кашель стоял в аббатстве?

По дороге в Виндзор Джори с тревогой наблюдала за Хэмфри.

– Вечером я уложу вещи. Хочется до поездки в Херефорд провести неделю в Мидхерсте.

Однако планы Джори были разрушены болезнью Сильвии.

– Хэмфри, боюсь, моя невестка подхватила заразу. Я ей говорила, что надо лежать, но она утверждает, что в собственной постели в Хедингеме ей будет лучше. Ты не станешь возражать, если мы ее туда проводим? Мне хочется убедиться, что она находится в безопасности под собственным кровом. И чем раньше это случится, тем лучше. Это мой долг перед Линксом.

Хэмфри, довольный любой задержкой в поездке к границам Уэльса, охотно согласился:

– Разумеется, я не возражаю, Марджори.

– Вещи уже уложены. Выедем на рассвете.

Джори ощутила легкое недовольство, заметив, с какой жадностью наблюдает Хэмфри, как она раздевается. Нынешней ночью ей вовсе не хотелось делить с ним постель, но она могла лишь молиться, чтобы причиной этого не была сегодняшняя встреча с Уориком. Она отбросила беспокойные мысли и нырнула в кровать.

Хэмфри быстро ее обнял, Джори заставила себя отвечать ему, скрывая, что не испытывает желания.