Дурная слава

– И моя, – с неохотой добавил Гилберт. – А теперь там снова бесконечные мятежи.

Гай заметил, что Джори побледнела.

– Пусть наши разговоры о войне не пугают вас, леди. Мы с Гилбертом можем проговорить всю ночь, если нас кто-нибудь не остановит. – Он поднялся на ноги. – Благодарю вас за ужин. И угощение, и общество были великолепны. Завтра нам надо быть в парламенте, а потому я должен покинуть вас так рано.

Де Клэр тоже встал:

– Я провожу тебя.

Джори очень хотелось попрощаться с Гаем наедине, но она понимала, что хозяин, граф Глостер, не может допустить подобного нарушения приличий.

– Передайте, пожалуйста, завтра мои почтительные приветствия моему брату и дяде, милорд.

Уорик галантно поклонился, его темные глаза весело искрились, ведь таким образом Джори просила его ускорить заключение брака.

– С удовольствием, леди Марджори.

Как только мужчины покинули столовую, Джоанна окинула подругу понимающим взглядом.

– Ты ведь еще не отдалась ему, а?

Джори смутила откровенность вопроса.

– Я… то есть нет…

– Потому этот Волкодав все еще вьется вокруг тебя. Джори, он известный пожиратель женских сердец. Как только ты отдашь ему свою невинность, ты никогда больше не увидишь этого похотливого кабана.

Джори задрала подбородок.

– Гай сделал мне предложение.

Джоанна рассмеялась жестким смехом.

– Не могу поверить в такую наивность. Все мужчины обещают жениться, когда хотят затащить в постель упрямую девушку.

Улыбка Джори выражала полное спокойствие.

– Он уже предложил мне руку и сердце.

Джоанна приподняла безупречную бровь.

– Ты ему веришь? Может быть, этот хитрый демон просто обманывает тебя?

Джори отвечала графине со спокойной уверенностью:

– Мой опекун уже ведет переговоры. Когда соглашение будет заключено, Линкс и граф Суррей вызовут меня в Вестминстерский дворец.

– Ах ты, маленькая лисичка! Так сумела все скрыть! – Джоанна встала и зевнула, как будто предмет разговора надоел ей. – Пойду наверх. Сегодня вечером ты мне не понадобишься.

Джори с сомнением смотрела вслед подруге. «Неужели Джоанна ревнует?»

Знатные лорды собрались в Вестминстере на первое заседание парламента. Ожидая приезда короля Эдуарда, бароны собирались группами и говорили о войне, налогах. Оба зла казались абсолютно неизбежными.