Дурман

— Мама где?

— У неё какой-то семинар, ей даже выходной сегодня дали.

— Понятно. — Ира закрыла за братом дверь, дождалась, пока он опустит её вещи на пол, и тогда уже притянула Гошку к себе и поцеловала в лоб. Крепко и с чувством. Потом смахнула с его висков непослушные вихры. — Ты когда в парикмахерской был, обалдуй?

Он ухмыльнулся, за плечи её приобнял, а в следующую секунду от пола приподнял. Ира рассмеялась, ноги подогнула, а когда Гоша её отпустил, покачнулась на высоких каблуках, ухватилась за его плечо.

А потом и вовсе привалилась к стене, невольно вглядываясь в каждый угол, в каждую полку шкафов вокруг, в каждую знакомую ей безделушку. Она уже давно не смотрела на эти вещи так, как сейчас. В последние годы приезжала в гости, чётко осознавая, что уже через несколько дней покинет родительскую квартиру и вернётся в уже ставшую привычной для неё и чуждую для её родителей жизнь. В другую страну, в свой дом, в свою семью. А сегодня она вернулась. Сделала два шага назад.

Туфли скинула и прошла в свою бывшую комнату, правда, её вещей здесь осталось мало.

Книги на полке да пара фотографий в рамке, одна из них свадебная. Она в белом платье и Миша в строгом костюме. Ира руку протянула и фотографию положила стеклом вниз. Сделала шаг и споткнулась о чемодан. Чертыхнулась, поискала глазами брата, но тот уже выискивал в недрах шкафа что-то ему необходимое и на неё не смотрел.

— Опять уходишь? — спросила Ира, устраиваясь на диване и разглядывая расшитую гобеленовую наволочку диванной подушки.

Наволочка была новая, ей незнакомая.

— Ага, — рассеянно отозвался Гоша, извлекая на свет божий портмоне со своими документами. — Меня Ленка ждёт. Я прямо на минутку отпросился. Поклялся, что к сестре. — Сказал и сам рассмеялся.

А Ира нахмурилась, наблюдая за ним.

— Гош, ты что, без прав ездил?

Он замер перед ней, глаза вытаращил, разыгрывая недоумение.

— Да ты что? Отец узнал бы, убил. И машину отнял. — А сам тем временем права в задний карман шорт сунул.

Ира только головой качнула, мысленно поражаясь чужой безалаберности.

А когда он из комнаты вышел, опомнилась, и крикнула ему вслед, как когда-то:

— Гоша, тебя покормить?

— Не, я не голодный. — Брат в комнату заглянул, глянул с прищуром и сказал: — Мой комп не трогай. Он запаролен!

— А чего тогда предупреждаешь?

На его губах появилась усмешка, а Ире он кулак показал.

— Там секретная информация. — А через секунду уже от двери крикнул: — Родителям скажи, что я позвоню.