Дурман

На кухне стихли негромкие голоса, потом в прихожую выглянула Наталья Викторовна. На дочь посмотрела, а улыбнулась вроде бы сконфужено.

— Вернулась? Есть хочешь?

— Нет. — Ира положила сумку с ноутбуком на край журнального столика и посмотрела на себя в большое зеркало. Заученным движением поправила причёску. — Я в кафе работала, так что, сама понимаешь. — Она матери улыбнулась, а встретив её серьёзный взгляд, спросила: — Что случилось?

Ответить Наталья Викторовна не успела, да и не торопилась, если честно.

— Ир, иди-ка сюда.

Она отправилась на его зов, обошла мать, на кухню заглянула и остановилась в дверях, глядя на мужа. Миша сидел на диване, облокотившись на стол, и даже на неё не смотрел, в чашку с недопитым чаем заглядывал. А Ира искренне обомлела, его увидев. Потеряла дар речи, и с минуту — очень долгую минуту — пыталась заставить себя собраться с мыслями, а ещё с силами, и хотя бы привет ему сказать. Но вместо привета выдохнула:

— Когда ты приехал?

Миша наконец посмотрел на неё, Ира заметила, как он прищурился, оглядел её цепко и придирчиво, видимо, пытался обнаружить перемены, потом ответил:

— Утром.

Ни поздоровались, ни обрадовались, смотрели друг на друга и молчали. Ира чувствовала за своим плечом настороженную мать, да и отец довольным не выглядел. Стоял неподалёку, сложив руки на груди и грозно на неё поглядывал. А потом спросил:

— Где ты была?

Его вопрос если не удивил, то вызвал некоторое недоумение. Давно он ей подобных вопросов, столь требовательным тоном, не задавал.

— Работала.

Николай Иванович кинул на зятя выразительный взгляд и пояснил:

— Она теперь работает. Ты в курсе?

— Нет.

— Ир, он не в курсе. Он твой муж, а он не в курсе.

Ира невольно поморщилась от огромной доли осуждения в его словах.

— Папа, не надо.

— А, по-моему, надо. Как раз пора.

— Коля.

Ира на мать оглянулась, потом прошла к столу и налила себе воды. Пила маленькими глотками, а сама с мужа глаз не спускала. Мише тоже надоело в чашку заглядывать, он её от себя отодвинул, после чего откинулся на спинку дивана и, по примеру тестя, руки на груди сложил.

Если честно, один вид мужа внушал серьёзное волнение. Она за последние недели настолько от него отвыкла, что никак не могла решить, как с ним говорить. Объясняться или всё-таки оправдываться?

— Что за работа? — спросил Миша, как пауза затянулась.