Думаешь бьётся? (СИ)

— Ты мне никогда не забудешь?

Складываю губки рыбкой и отрицательно головой качаю.

Глава 23

Домой возвращаемся на три дня позже планируемых дат. Отдых мне организовали отменный, если не считать моей невысокой мобильности. Отек заметно спал, но синева и боли остались. В «топ двадцать» моих знатных приключений встреча с представительницей многоножек попадет однозначно.

— О чем задумалась, Алён? — Костя отрывает меня от пустого созерцания заоконных полевых красот.

— Да вот думаю, можно ли это считать травмой производственной? Четвертый десяток, а я не судилась ни с кем никогда.

Костя запрокинув голову ржать начинает.

— На дорогу смотри, блин, — произношу с наигранным занудством.

Идем мы не больше семидесяти, ситуацию на трассе он контролирует. Повода для беспокойства нет. По сравнению с агрессивным стилем вождения Артёма, чувствую себя в безопасности."

"Кстати, последнего кроет безбожно. Десятки звонков пропущенных, сообщений и того больше.

— Расскажи, как ты решилась перебраться к нам на материк? — спрашивает у меня спустя какое — то время.

— Калик не на острове находится, — цокаю, прекрасно понимая, что он имеет ввиду. — Собрала вещи и полетела.

— На метле? — уточняет.

— Сечешь, я посмотрю, — Костя подбородок приподнимает, мол, я такой. — Самое трудное было — отцу сказать, вернее договориться мирно.

«Как — то» — это единственная в моей жизни истерика отцу устроенная. Прямо до слез и соплей, с визгом и топаньем ног. Именно в том момент он понял, насколько мне тяжело далось внешнее равнодушие, проявляемое по отношению к ситуации «сестра бывший — козел». Сейчас, когда прилетаю мы общаемся ровно. Но останься я там, такого бы не сложилось.

— И батя так легко отпустил?

— Нууу… Не очень легко, но как видишь я тут. Вполне себе справляюсь, хоть и не стала кардиохирургом.

— Я в этом не шарю, но по части работы, о тебе отзывы высший класс. Особенно в части частных экспертиз.

Усмехаюсь.

— Дай угадаю. Медяев отрекламировал?

Взгляд у Кости приобретает легкую растерянность.