Предатель. Ты променял меня на бывшую

В ее глазах мелькаю сердитые нотки.

— Ты меня вообще слушаешь? Я сказала, что моя личная жизнь с тобой никак не связана! Была связана раньше, когда мы были вместе. Сейчас мы развелись, и каждый устраивает свою жизнь по отдельности: ты с Селеной, а я… с кем-нибудь еще. Я не собираюсь заниматься никакими манипуляциями, мне это не нужно. И решать какие-то проблемы тоже не собираюсь. Нет у нас никаких проблем! Нет нас — нет проблем! Мы расстались, все. Для меня это перевернутая страница. И у меня нет желания склеивать разбитые чашки.

Она сверлит меня пылающим взглядом.

Этот взгляд, словно удар в живот, выбивает из меня весь воздух.

Ее слова вонзаются в сердце словно тысяча острых осколков, причиняя нестерпимую боль.

Неужели я и правда ее теряю?

Внезапная простота и ясность этой мысли оглушают.

В этот момент я осознаю, что эта возможность из призрачной становится реальной. И меня накрывает какой-то дикий животный страх.

Кровь кипит от адреналина. Во рту пересыхает.

Нет, я, конечно, понимал, что мы развелись. И осознавал, что теоретически у нее могли появиться отношения с другим мужчиной. Но в реальность этого я не верил.

Думал, что сейчас я разберусь со своими проблемами, устаканю все в голове, а потом непременно ее верну.

Я знал, что Мила любит меня, и был уверен, что она не начнет ни с кем встречаться в ближайшее время. Нужно ведь отойти, да?

— Мы только развелись, а ты уже собралась устраивать свою личную жизнь? Серьезно? Вот так сразу? — неверяще произношу я.

Язык не слушается, а мой голос звучит непривычно глухо.

— Ну ты-то устраиваешь! А я почему не могу? Или я должна была год ждать? Так я не в трауре! — возражает она. — И в монастырь тоже не собираюсь.

Год? Вообще-то, я думал даже больше.

Звиздец.

В ушах стучит. Лампочка в голове мигает красным. Опасность!

Все мои инстинкты кричат о том, что сейчас я теряю нечто очень важное.

Адреналин бурлит в крови, приправленной жгучей ревностью, словно перцем.

Я задыхаюсь, захлебываюсь, тону. Теряю ориентацию в пространстве.

Кажется, что сейчас меня разорвет на атомы.

Не выдерживаю.

— Это вот с этим сопляком ты собралась устраивать свою личную жизнь? Серьезно? — рычу я, хватая ее за запястье.

Какое же оно тонкое и изящное. Вся она хрупкая, нежная. О ней так и хочется заботиться, защищать, оберегать.

Но за этой хрупкостью я внезапно вижу сильный внутренний стержень.