Друг отца. Нам нельзя

– А ты семейным психологом заделался? Я понять не могу, что у тебя за интерес? Нахер ты лезешь в эту байду?

– Сам не знаю, нахер мне этот геморр. Жалко Карину просто. Ты бы видел её вчера…

– Ты видел? Что было вчера?

– Давай, короче, через два дня словимся? – перевёл я тему. – Может, Карина уже созреет для примирения. Я с ней поговорю ещё раз.

– Я эти два дня на изжоге буду?

– Я присмотрю за Кариной, – пришлось пообещать мне. – Не дёргай её в эти дни.

– Спасибо, Артур! Я поживу у Кристины, на случай, если Карина захочет вернуться домой, – протянул мне руку Давид.

– По-другому и быть не может.

Проводив взглядом машину друга, я вернулся в дом, думая о том, как мне прожить ещё два дня с этой дурой? Она просто невыносима!

А куда я её дену теперь, раз Давиду слово дал приглядеть за его дочерью? Конечно, она теперь тут будет торчать.

Карина стояла у окна, обнимая себя за плечи. Стоило мне войти, она сменила скорбное выражение лица на скучающее.

– Немедленно извинись! – потребовал я.

– Перед тобой? За что?"

"– Сама с подругой поссорилась, хочешь и меня без друга оставить, сучка мелкая? Извинись за свой длинный язык! За то, что заставила Давида усомниться в нашей с ним дружбе и поверить в то, что я могу ею пренебрегать, чтобы трахать его единственную дочь! Я жду, мать твою!

Глава 10. Карина

Надо отдать должное Артуру – у него есть яйца. Не думала, что он пойдёт против моего отца, когда тот так безудержно проявлял агрессию. Боже, они едва не сцепились в драке из-за меня, и Артур был готов набить морду лучшему другу, чтобы меня защитить! С ума сойти!

Отец уступил Громову и оставил меня здесь, но радоваться было нечему.

– Я по-твоему, некрасивая? – спросила я у Артура.

– Что за вопрос? – поморщился он, будто бы я сморозила несусветную глупость.

– Я не нравлюсь тебе как девушка? – переиначила я вопрос, надеясь, что так ему будет понятней.

– Ах, вот ты о чём? – Артур смерил меня равнодушным взглядом, от которого мне захотелось разреветься на месте.

Краска досады бросилась мне в лицо. Меня ещё никогда так не отшивали. Я готова была провалиться сквозь землю от отчаяния.