Друг отца. Нам нельзя

Интересно, зачем он мне звонил столько раз? Переживает за неокрепшую психику доченьки или наорать хотел, что я их с Кристиной крысами обозвала? Наверняка ещё и извиниться перед этой малолеткой потребует?

Всё фигня. В чём я завтра пойду на практику в офис моего рабовладельца Громова Артура? Ну, не в этом же платье с блёстками, которое едва прикрывает мою задницу?

Ехать домой и переодеваться – не вариант. И вообще, ехать домой – не вариант. Если смогу найти зарядку для телефона, напишу своему рабовладельцу, что заболела.

Я таких жёстких мужиков, как Артур Александрович, ещё не встречала. Тиран похуже моего папочки. Я догадывалась, что у Громова ко мне особое отношение из-за того, что они с моим отцом дружат много лет, но всему есть предел. Я всего лишь проходила практику в фирме друга моего отца, а мне казалось, что отбываю там наказание за свои грехи. Я вообще-то, ещё толком и нагрешить не успела. Мне всего двадцать лет, а не семьдесят пять.

За что отец сослал меня к этому Артуру Александровичу, я понятия не имела. Закончится моя практика, я всё выскажу этому козлине. Вот прям всё-превсё! Он просто невыносим!

– Зачем грубишь? – не отставал мужик. Он подошёл ближе, и я приготовилась сказать все матершинные слова, которые знала. Спасибо папе. То есть, отцу. – Карина? – изумленно произнёс мужчина, вынуждая меня повернуться.

Я подняла глаза на приставучего мужика, и бранные слова, приготовленные для него, застыли на моём языке. Передо мной стоял не кто иной, как Артур Громов. Это он что тут делает? Перепутал ночной клуб с библиотекой?

И как я теперь навру, что заболела? Он же видит собственными глазами, что я в дрова пьяная?

Вот дерьмо!

Беда не приходит одна.

– Добрый… Ик… Вечер, – заплетающимся языком поздоровалась я.

– Ты что, пьяная? – удивился Артур. – Дьявол! Поднимайся, Карина! Я отвезу тебя домой!

Да щас! Никуда я с ним не поеду.

– Отстаньте от меня, Артур Саныч… Идите, куда шли… – повторила я, стараясь быть вежливой.

Всё-таки работодатель мой как-никак, и чем быстрее он свалит, тем меньше позора выльется на мою несчастную голову.

Стоит тут такой весь из себя красивый. В идеальной рубашке, идеальных брюках и туфлях, с идеальной фигурой, хорошо угадывающейся под одеждой. Громов даже пах идеально.