Право на выбор

 — Первородная дочь рода Ортис, пусть не высшего, но достаточного влиятельного — самая удачная на тот момент кандидатура. Ее отец правильно все рассчитал и отказывал другим претендентам. Тянул с заключением брачного договора, зная, что наследнику Повелителя скоро придет пора выбирать себе супругу… — Раиэсс презрительно ухмыльнулся. — Паальда, как говорят нары, немного засиделась в девицах, но была красива, хорошо воспитана, послушна, а главное, достаточно сильна и вынослива, чтобы произвести на свет достойных наследников.

Стихия полностью одобрила выбор и сразу же приняла невесту. Энальда тоже считалась завидной партией, к тому времени ее уже сговорили за Рэдриса Борга, главу Земли. А вот Вионна… — Император нервно потер лоб и снова откинулся на спинку кресла. — Все сестры-погодки появились одна за другой — большая редкость для высокородных семей, но Ортис хотел сына, а получил его только после третьей девочки. Наверное, частые беременности истощили сирру Ортис. Вионна родилась совершенно не похожей на сестер — слабой, ранимой, — что вызвало крайнее недовольство отца. Выгодно пристроить замуж неподходящую дочь не удалось бы, и ее отправили в обитель, чтобы потом продать в наиды.

Голос мужчины звучал негромко, монотонно, казалось, он вовсе позабыл о моем существовании, и я замерла, боясь шевельнуться, даже вздохом спугнуть настроение Айара. Уверена, впервые в жизни он говорил настолько откровенно, и то лишь потому, что сильно расстроен и пьян. У саэров не принято общаться «по душам», а с женщинами высокородные встречались только по необходимости и доверительных бесед уж точно не вели.

— Зачем я обратил на нее внимание? — Раиэсс ударил кулаком по подлокотнику. — Вионну продали бы какому-нибудь дваждырожденному послабее, она спокойно существовала бы в покоях наиды и угасла только к старости. Но я оказался слишком увлечен, молод и наивен, а Ортис — непомерно тщеславен и доволен тем, что обе дочери войдут в императорский род. В первую ночь я был нетерпелив, а она очень напугана.

Но потом я дал ей возможность прийти в себя, долго не посещал, каждый день присылал подарки: изысканные украшения, дорогие уборы, редкие лакомства — все как положено.

— А вдруг Вионне хотелось совсем иного? — вставила я тихо, но Айар услышал.

— Прогулку в развалины или на городской рынок, сдобу из нарской лавчонки? — ехидно подхватил он, снисходительно улыбаясь.

Надо же, и про историю с булочкой ему известно.