Друг моего брата

Включив навигатор, я начала вбивать адрес клуба, но Глеб остановил меня:

– Выезжай на проспект, дальше я подскажу.

Глава 42

Дорога заняла около сорока минут и за это время Глеб успел несколько раз спросить у меня о моих планах. И видимо, мой ответ “разберусь на месте” его не удовлетворил, потому что тему он так и не оставил.

– Ты рассчитываешь найти труп пропавшей девушки в подвале?

– А там есть подвал?

– Не знаю, – натяжно вздохнул Урицкий. – Но что-то мне подсказывает, что если бы был, то ты бы туда обязательно сунулась.

– Диана сказала, что доступ на третий этаж запрещен, – начала я. – Уверена, что если Марат что-то и скрывает, то я найду это там.

– На третьем этаже его спальня, – процедил Урицкий. – И насколько я знаю, существует только один способ туда попасть.

От его голоса, слишком сухого и напряженного, все тело покрылось мурашками. Я вижу как он с силой сжимает свои челюсти и на скулах подрагивают желваки. Да, в черно-белом мирке Глеба Урицкого я вполне способна ради нужной информации прыгнуть в постель к малознакомому парню.

Я бы хотела сказать, что такое недоверие меня не трогает, но это было бы ложью. Каждый раз, когда я думаю, что у нас с ним есть хоть малейший шанс, он напоминает мне о реальном положении дел. А правда такова: несмотря на все свои сексуальные намеки и даже выраженную ревность, он все еще считает меня охотницей за всеобщим вниманием и, судя по всему, шлюхой. В общем, Глеб в очередной раз дал мне понять, что все что между нами происходит, это исключительно физиология… Большего я, разумеется, не достойна.

"Оставшееся время в машине царит напряженная тишина, даже Алекс не предпринимает попыток разрядить обстановку и я испытываю самое настоящее облегчение, когда мы, наконец, подъезжаем к зданию бывшей фабрики. Парковка сплошь утыкана дорогущими тачками и я едва нахожу свободное место для своей “ауди”.

На входе, вместо привычного амбала-вышибалы, нас встретила миловидная девушка в джинсах и кожаной куртке.

Первым приятным сюрпризом становится отсутствие оглушающей музыки; из динамиков доносится громкий, но не бьющий по ушам, рок, кажется, что-то из “Нирвана” и я вижу, как Булавин одобрительно качает головой в такт музыке. Гардеробная, как таковая отсутствует, но слева у входа в стену вбиты разнокалиберные крючки.