Дропкат реальности, или магия блефа

Будто и не вусмерть пьяный кричит, а заядлый трезвенник, чтящий все хогановы заветы, в том числе и «не усердствуй в возлиянии».

* * *Свист, улюлюканье, шум и крик: «Лови их!» – заставили и лицедейку, и Иласа внутренне вздрогнуть.

«Думай, Васса, думай! Навряд ли это по твою душу…» – лихорадочно размышляла девушка. Тем временем, распихивая толпу, в их направлении активно продвигались несколько человек в безлико-серой форме.

Мысли Иласа отличались нецензурным обилием и разнообразием, но сводились к одному: «Не попасться дознавателям!» В том, что это именно они, блондин был уверен.

Блондин решил, что даже если эти крики не про них, лучше перестраховаться. Знамо: береженого Хоган бережет, а не береженого конвой стережет. Поэтому, схватив свою «компаньонку» под мышки (благо разница в росте это позволяла: горб согнул Вассу чуть ли не вдвое), толкнул в ближайшие обманчиво гостеприимные двери.

Накурено в зале было так, что запахи чеснока с селедкой казались изысканными ароматами. Впрочем, мужчин, здесь собравшихся, это ничуть не смущало. Толчея, крик, потные, разгоряченные хмельным и азартом болельщики, которым неведома усталость. Еще бы, гроши же на кону! Выиграешь – можно аж неделю не работать (о том, что в случае проигрыша нужно будет эту же неделю пахать за двоих, собравшиеся в основной своей массе не думали).

Илас сцепил зубы и начал активно работать локтями, пробираясь к противоположному выходу.

– Что здесь такое?

– Бои. Почти без правил, – отмахнулся блондин от лицедейки, как от надоедливого зазывалы, что тянет заглянуть в лавку «с самыми лучшими товарами в империи».

Но любопытство было превыше осторожности, и девушка задала следующий вопрос:

– Почему почти?

Решив, что проще ответить (эта пока не выспросит все, не успокоится), Илас пояснил:

– Правило одно.

– И ты делал здесь ставки?

– Нет. Я дрался. – Мужчина особенно сильно дернул лицедейку за руку, не то побуждая двигаться проворнее, не то вымещая злость.

Приграничье. Из развлечений там были выпивка, драки, дурман. Женщин мало. И либо они при ком-то, либо настолько ничьи, что Илас не искал их общества.