Дрянной учитель

Думаю, Хейли тоже это заметила. Она продолжает задорно улыбаться мне, и я не могу сдержать ответную улыбку, пока мы разделяем общую шутку. Такое всегда случается после того, как я ее трахну. Словно она знает, что мне ее мало.

Мои попытки тщательно спрятать свое влечение проваливаются.

Боже, я думал знаю, что делаю. Что был способен сдерживать свои чувства, но ошибся.

Позже у меня появились видения того, как мы занимаемся обыденными делами. Типа ходим в кино, на ужин, или я веду ее прокатиться на лодке. Господи, я даже подумывал о том, чтобы устроить пикник и попроказничать в траве.

Но странно то, что я бы сделал это для нее, и я, мать вашу, даже не знаю, почему.

В темноте я трахаю девушку, которая явно хочет моего внимания.

Но при свете дня… я улыбаюсь ей.

Хочу видеть ее счастливой.

По какой-то причине мне хочется получше узнать девушку, которую я иногда привожу к себе домой. Девушку, скрывающую свой «багаж» за пестрой одеждой и яркими рыжими волосами.

Что-то в ней ощущается знакомым… вроде того, с чем я могу установить связь.

А я редко когда принимаю во внимание кого-либо, кроме себя самого.

Или моего кота.

Никто не приближается к моему коту.

У нас связь на иномирном уровне.

Когда урок заканчивается, все, что мне хочется сделать, это подойти к Хейли и поцеловать, но это сейчас не к месту. Все девушки обзавидуются ей, а нам это не нужно.

Так что я пишу ей на телефон с просьбой встретиться в парке подальше от кампуса.

Или все вместе и сразу.

Это плохо для нас обоих, но я не в силах прекратить.

Так что иду за ней к согласованному месту.

Нахожу ее стоящей у дерева в парке, в который студенты вряд ли когда-нибудь ходят.

Хейли приветствует меня улыбкой, но я выхватываю сигарету из ее пальцев, швыряю эту дрянь на землю и втаптываю ботинком.

— Зачем ты это делаешь? — рычит она, упирая руку в талию.

— Ты не должна курить, — отвечаю. — Это плохо для тебя.

— О, — ее руки опускаются, и она смотрит на меня слегка сбитая с толку. — Ну, я не ребенок. Я могу сама о себе позаботиться.

— Оно и видно, — протягиваю я, поднимая бровь.