Древний. Война

Румм посмотрел на геолога:

— Что скажете, господин Лерт?

Весь состав партии собрался в рубке сразу после выхода из гипера, и теперь от нечего делать шахтеры изучали обстановку в системе. Люди негромко переговаривались между собой, обсуждая перспективы. Информация о том, что они тут не одни, подняла всем настроение и развеяла последние сомнения даже у скептически настроенных шахтеров. Лишь Руководитель Карс упорно молчал. За двое суток, прошедших после собрания партии, закончившегося принятием решения о полете в систему Проциона, он не сказал Румму ни одного слова.

— Э-м-м… ну… — Как всегда проблеял геолог, — нам туда! — он указал в точку, куда был проложен курс их корабля.

Координатор мысленно вздохнул. Ну, надо же, какой идиот…

— В смысле, я хотел сказать, что, как все могут видеть, место нашего назначения максимально удалено от центра системы, — поспешно поправился геолог. — И там нет никакой активности.

"Геолог дело свое знал. Едва грузовик достиг астероидного скопления и погасил ход, Лерт уже был на борту геолого-разведывательного модуля. Обеда ждать не пришлось, спустя полчаса геолог вышел на связь.

— Вы нашли гифтоний, Лерт?! — Координатор чуть не подпрыгнул, увидев на экране системы связи бледное лицо геолога. Разговоры мгновенно стихли, и даже Карс с нескрываемым волнением смотрел на экран.

— Ну… м-м-м… нет, но… — геолог мгновенно смутился, но все же взял себя в руки. — Первичная разведка только этого скопления займет более суток, а тщательное исследование потребует больше недели… но… просто я подумал… э-э… может быть…

— О чем еще вы подумали, Лерт? — поторопил Координатор.

— Я как раз хотел сказать… я только что обнаружил вольфрам… очень богатый астероид… и еще есть иридий… правда поменьше, но по сравнению с обжитыми системами все равно много… — оправдывался геолог, — я подумал,… может быть… будет иметь смысл… э-э…

— Развернуть шахту и начать разработку вольфрама, — закончил за него Румм.

Геолог сбивчиво пробормотал извинения и отключился.

Шахту развернули в рекордные сроки. Работали сразу всеми сменами ночь напролет, в результате к утру цикл был запущен. Настроение у всех было приподнятое, и Румм чувствовал, что его авторитет значительно возрос.