Древний мир для попаданки 2

Заинтригованные подруги переглянулись. В свете диких нравов этого мира, когда выживал сильнейший, а мать спокойно избавлялась от собственного ребенка, считая его обузой и не испытывала ни малейших угрызений совести — представшая сцена казалась не реальной и даже несколько фантастичной.

Кивнувшая понятливо Клео подошла к женщине и ухватив за руку потянула ее к костру.

— Твои дети? — Спросила она, протягивая ей лист с очередной запечённой рыбой, — наверно ты очень хорошая, раз они заботятся о тебе.

Растерявшаяся женщина машинально взяла угощение и покраснела от удовольствия.

— Они хорошие, — улыбнулась она несмело, — надо помогать им сейчас, чтобы они выросли сильными.

— Да, помогать, это хорошо, — согласилась Софья с удивлением наблюдая как дети, настороженно глядя на них собираются вокруг женщины, — мы не обидим, — сказала она громко, — просто поговорить хотели.

Дети несколько расслабились, но не отошли, а подруги в очередной раз переглянулись удивленно.

— Откуда их столько? — Повторила вопрос Софья, — они же не могут все твоими быть?

Женщина нахмурилась.

— Мои, — сказала она твердо, — их выгнали из пламени, а я себе взяла, значит все мои.

— Ясно, — Софья задумчиво посмотрела на женщину, представила, чего ей стоит прокормить их и потом перевела вопросительный взгляд на Марию.

— Ну, конечно, заберем их всех в долину, — та правильно поняла посыл подруги, улыбнулась, чтобы не напугать и подошла ближе, — а зовут то тебя как, замечательный человек?

В общем пока разбирались с Хлаей и ее детьми, коих оказалось аж семнадцать душ, включая пятерых подростков и троих совсем маленьких, почти стемнело.

— Ну, и что здесь случилось? — Задала наконец, мучавший ее целый день вопрос Мария, а потом забыв жевать, слушала историю о несправедливости и других лишениях ""бедных"" женщин.

А оказалось все просто.

— Те индейцы с копьями, что ли? — Нахмурилась Мария, у которой встреча у пещер еще была свежа в памяти.

Софья только плечами пожала продолжая слушать.

— Они убили мужчин, которые не убежали и забрали женщин, — продолжала повествовать рассказчица, зыркая глазами и ища, чего бы из еды еще взять.